Болезнь Ислама Каримова,

31 августа 2016

Камолиддин Раббимов - узбекский политолог.

Резюме: или Вопрос о преемственности власти Узбекистана

Данная статья основана на тексте доклада, прочитанного автором в Elliott School of International Affairs, George Washington University, в Вашингтоне (США) в апреле 2015 года.

В январе 2016 года Исламу Каримову исполнилось 78 лет. Он находится во власти уже более 26 лет, пережил несколько острейших кризисов. Его биофизиологические ресурсы уже обусловливает отдых и покой, и эта потребность будет только нарастать. Известно, что по инициативе И.Каримова в 2011 году была инициирована очередная конституционная реформа власти, в результате которой срок полномочий президента Республики был заново сокращен с семи до пяти лет. Тем самым, следующие выборы президенты, если они состоятся в свой срок, должны быть проведены в марте 2020 года. Однако, нынешний - четвертый по счету срок правления И.Каримова, скорее всего, будет характеризоваться как «завершающий».

Ислам Каримов, как опытный политик, не может не думать о стабильности выстроенной им политической системы, преемственности власти и курса внутренней и внешней политики Узбекистана после окончания своего правления. Перед И.Каримовым до сих пор стояло два пути реализации преемственности власти. Первый путь, так называемый «эволюционно-подконтрольный», когда И.Каримов передал бы верховную власть своему преемнику под личным контролем, и, находясь на одном из ключевых постов страны, скажем, на посту председателя Сената, лично участвовал бы в укреплении власти преемника как минимум 2-3 года.

Второй путь, который условно можно назвать «рискованно-неопределенным», когда И.Каримов будет находиться у верховной власти до последних физических ресурсов, и тем самым, не сможет полноценно участвовать в формировании новой власти Узбекистана.

Ислам Каримов решил остаться еще на один срок, и тем самым, пока ситуация обусловливает второй вариант развития событий. Вместе с тем, думается, что нынешний, четвертый срок И.Каримова будет решающим в обнародовании и укреплении позиций своего потенциального или реального преемника.

* * *

Понятие «преемник» в современной политической мысли Узбекистана находится в начальной стадии формирования. Данное понятие в сознание узбекистанцев вошло из реалий Российской Федерации, когда в 1999 году Б.Ельцин объявил своим преемником В.Путина. В современном Узбекистане не только отсутствует правовая база для реализации «преемственности государственного курса», или «преемственности власти». Но также, даже на уровне политической культуры не развиты ценности преемственности власти и государственного курса. Примечательно то, что даже вокруг термина «преемник» на узбекском языке, в обществе нет согласия. Чаще всего используется термин «ўриндош», «ўринбосар» и «ворис».

Согласно Конституции Узбекистана, Президент страны – настолько мощный государственный орган, что даже на формально-юридическом уровне отсутствуют какие-либо механизмы сдерживания или контроля деятельности президента: отсутствует институт импичмента, президент является эпицентром государственности, остальные ветви власти не только не способны сдерживать президента, но и разными прямыми и обходными способами формируются в результате деятельности президента. Тем самым, личность, политическое мышление и поведение будущего президента, не только для узбекистанцев, но и в региональной политике, имеет архиважное значение.

Изучение и анализ тех факторов, которые будут обуславливать выявлению потенциального или реального преемника Ислама Каримова имеют большое значение. Существует ряд факторов и обстоятельств, которые могут подсказать нам контуры выбора И.Каримовым своего преемника.

Первый фактор, это стиль мышления и принятия решений, сформировавшиеся склонности И.Каримова. И.Каримов – достаточно предсказуемый политик. Его сознание, мышление и поведение целиком и полностью пропитаны осторожностью, недоверием и страхом потери власти с соответствующими последствиями. Поэтому для принятия правильного решения он мучительно думает, иногда месяцами и годами. При принятии решений его терзают сомнения и опасений. А иногда – в особо критических обстоятельствах, он инстинктивно решает все за считанные секунды, и закрывает актуальный вопрос.

И.Каримов – человек, который считает, что внутренняя интуиция, предчувствие – это самый верный советник при принятии важнейших решений, в особенности – в подборе кадров для управления страной. То есть, он больше доверяет своей интуиции и предчувствиям, нежели закрытым информационным и аналитическим запискам, выводам советников. И.Каримов – политик сформировавшегося характера, и он уже не будет меняться: стиль и мотивация принятия решений останутся неизменными. Иными словами, И.Каримов, как бюрократ, сформировавшийся в номенклатурной системе бывшего Союза, и руководивший в Госплане, все свои дела тщательно планирует. Тем самым, решение И.Каримова по выбору преемника не будет спонтанным и неожиданным, а будет достаточно предсказуемым.

Во-вторых, политическая система и характеристика общественных отношений Узбекистана имеют свою специфику. Традиционализм и авторитарная иерархичность общественно-политических коммуникаций исключают возможность выбора И.Каримовым в преемника одного из тех лиц, которые не располагают следующими ресурсами: многолетним опытом работы в высших эшелонах власти, человеческими ресурсами – командой из доверенных и заинтересованных в получении или сохранении властных позиций лиц, большими финансовыми ресурсами. Иначе говоря, в современном Узбекистане за власть конкурируют не идеи и компетенции по управлению без принуждения, а конкурируют люди с ресурсами и со способностью искусного авторитарного управления. Потому что в политической элите сформировано представление, что в ближайшие десятилетия в Узбекистане не будет социально-экономическая и социокультурная ситуация, позволяющая управлять страной безо всякого принуждения.

В-третьих, думается, что приоритет личностных и профессиональных качеств, предъявляемых И.Каримовым своему преемнику, будет выглядеть примерно так: 1) максимальная преданность лично И.Каримову и его «семье», что означает обеспечение безопасности бывшего президента и его близких; 2) умение удержать и укреплять полученную власть; 3) сохраняя авторитарный стиль правления, умение проводить реформы в определенных дозах, которые необходимы для живучести политической системы, и наконец, 4) И.Каримову важно, чтобы его преемник продолжил его внешнеполитический курс, особенно, на постсоветском пространстве и в Центральноазиатском регионе.

Исходя из вышесказанного, И.Каримов уже давно наметил для себя потенциальных кандидатов в преемники. Это - премьер-министр страны с 2003 года Шавкат Мирзияев (Мирзиёев) и первый заместитель премьера, руководитель финансово-экономического блока правительства Рустам Азимов.

Проявившая в 2008-2011 годах высокую политическую активность и публичные амбиции/претензии на верховную власть Гульнара - старшая дочь И.Каримова - уже вышла из числа потенциальных кандидатов на пост президента, и даже успела стать обвиняемой в уголовных делах в нескольких европейских странах и осужденной в Узбекистане. Думается, что после допущенных ею крупных ошибок, как внутри страны, так и за ее пределами, а также отсутствия согласия внутри семьи Каримовых вокруг ее амбиций, у нее уже не будет возможности стать преемником своего отца.

Представляется интересным провести краткий сравнительный анализ ресурсов двух потенциальных преемников И.Каримова: премьера Ш.Мирзияева и первого зам. премьера Р.Азимова.

Шавкат Мирзияев де-факто является четвертым, а де-юре третьим премьер-министром страны (Шукрулла Мирсаидов в 1990-92, Абдухошим Муталов – 1992-95, Уткир Султанов – 1995-2003). Находясь в должности премьера с 2003 года, он является абсолютным долгожителем. К тому же, после конституционной реформы 2002 года, власть премьера была существенно усилена – он становится полноценным председателем правительства. А до этого председателем Кабинета Министров также являлся президент.

Примечательно, что в иерархии власти Узбекистана второе лицо по влиятельности, естественно, после президента, всегда находилось в Аппарате президента – это был либо Госсоветник президента по кадровым вопросам, либо Госсоветник по силовым ведомствам. Однако, после назначения Ш.Мирзияева премьером, в течение года он становится вторым по влиятельности лицом в государстве. Здесь не учитывается председатель Службы национальной безопасности (СНБ) по той причине, что специфика власти СНБ позволяет наблюдать за всеми, но в принятии повседневных решений, в том числе, в назначении кадров, власть премьера более существенна.

Ш.Мирзияев является главным куратором Республики в таких отраслях, как сельское хозяйство, развитие регионов, по согласованию с президентом назначает региональные и республиканские кадры хозяйственного, социально-экономического характера. Достоверно известно, что Ш.Мирзияев является одним из 6-8 ключевых чиновников, которые почти ежедневно бывают у президента И.Каримова. В связи с пожилым возрастом И.Каримова и соответствующим снижением активности президента, доля реальных властных полномочий премьера Ш.Мирзияева постепенно, но верно усиливается.

Первый заместитель премьера, руководитель финансово-экономического блока правительства Рустам Азимов находится в близком окружении Ислама Каримова с самого расцвета независимой государственности Узбекистана. Когда Ислам Каримов доверил Р.Азимову только что созданное и престижное финансовое учреждение в республике - «Национальный Банк Узбекистана» в 1991 году, ему было всего 33 года. С тех пор роль Р.Азимова в республике только возрастала.

В 1998 году он стал министром финансов, в 2000 году заместителем премьера и министр макроэкономики, с 2003 года - министром экономики и заместителем премьера, с 2007 года он – первый заместитель премьера, министр финансов и руководитель финансово-экономического блока и внешних экономических связей РУз.

В системе государственной власти Узбекистана Р.Азимову отводятся определенные функции, которые И.Каримов доверяет только ему. Р.Азимов – главный финансист и экономист республики, главный переговорщик И.Каримова с внешним миром, кризис-менеджер и координатор национальных программ. Достоверно известно, что И.Каримов ежедневно разговаривает с Р.Азимовым, и только с ним даже по воскресеньям встречается или созванивается для обсуждения рабочих дел.

Для сравнительного анализа ресурсов обоих высокопоставленных чиновников, в том числе, анализа степени доверия И.Каримова по отношению к ним, можно предложить следующие категории измерения: 1) длительность нахождения в близком/доверительном окружении И.Каримова; 2) ресурсы нормативно-властных полномочий; 3) общественное представление о компетентности; 4) доверительные отношения с ключевыми силовиками; 5) восприятие и ожидания «семьи» И.Каримова, в том числе, оценки со стороны Татьяны Каримовой.

По длительности нахождения в близком окружении И.Каримова позиции Рустама Азимова почти в два раза прочнее, чем у Шавката Мирзияева. Период нахождения Р.Азимова в окружении И.Каримова можно делить на две части: 1991-1998 годы, когда Р.Азимов находился под наблюдением И.Каримова и проходил разного рода экзамены на компетентность и прочность, и с 1998 поныне – 18 лет, период полного доверия и поручения масштабных властных полномочий.

Ш.Мирзияев тоже примерно с 1992 года находился под вниманием И.Каримова, но он вошел в высшую политическую кухню Узбекистана лишь в 2003 году с назначением на пост премьера.

С точки зрения нормативно-властных полномочий, И.Каримовым создана некая система сдерживающего распределения полномочий между премьером Ш.Мирзияевым и вице-премьером Р.Азимовым. Естественно, Рустам Азимов формально подчиняется Шавкату Мирзияеву как главе правительства. Если премьеру Ш.Мирзияеву в республике все отрасли подконтрольны кроме сферы внешней политики и сектора безопасности республики (эти сектора находятся в прямом подчинении президента), то ответственный сектор Р.Азимова ограничивается финансами и экономикой.

Однако, в системе властных полномочий Узбекистана есть понятие «государственные ведомства прямого подчинения». Премьер Ш.Мирзияев является прямым куратором двух госведомств: Министерства сельского и водного хозяйства, а также Государственного Комитета по земельным ресурсам, геодезии, картографии и государственному кадастру. Однако, первому заместителю премьер-министра и министру финансов Р.Азимову напрямую подчиняются девять важнейших государственных ведомств. Это: Министерство экономики; Министерство финансов; Министерство внешних экономических связей, инвестиций и торговли; Министерство труда; Государственный налоговый комитет; Государственный таможенный комитет; Государственный комитет по статистике; Государственный комитет по приватизации, демонополизации и развитию конкуренции; Министерство по развитию информационных технологий и коммуникаций. Тем самым, с точки зрения нормативно-властных полномочий, Р.Азимов формально подчиняется премьеру, но в руках первого заместителя - наиважнейшие государственные ведомства прямого подчинения.

Также, в силу нормативно-властных полномочий, в компетенцию премьера Ш.Мирзияева входит назначение повсеместных кадров по всей республике, что является фактором укрепления его влияния.

* * *

В условиях Узбекистана общественное представление о политическом деятеле не играет особо решающей роли. А иногда выраженное позитивное отношение общественности к кому-либо в высшей власти может вызвать негативное отношение президента или политической системы, поскольку это может быть расценено как попытка понравиться обществу. А это в Узбекистане не может не быть санкционировано высшей инстанцией.

Тем не менее, в общественном мнении оба политика рассматриваются как компетентные топ-менеджеры своих профильных отраслей: Ш.Мирзияев в сфере сельского хозяйства и регионального развития, а Р.Азимов - в сфере экономики и финансов.

Вместе с тем, репутация Г.Мирзияева более противоречива, и эта противоречивость была приобретена в годы, когда он работал хокимом (губернатором) в двух областях Узбекистана между 1996-2003 гг. Стоит подчеркнуть, что до сих пор негативные слухи о деятельности Ш.Мирзияева в регионах не подтверждены исчерпывающим образом.

Репутация Р.Азимова менее противоречива, этому способствует природа его деятельности: ограниченное взаимодействие с общественностью, отсутствие публичности, также характер деятельности, когда не надо находиться в регионах, решая различные вопросы социального устройства. Именно поэтому в общественном мнении узбекистанцев, особенно, у независимых журналистов и исследователей, сформировано представление о «сравнительной либеральности» Р.Азимова, и «склонности к авторитаризму» Ш.Мирзияева, хотя подобные стереотипы достаточно аморфны.

Доверительное отношение возможных преемников с руководителями силовых структур, в первую очередь, с руководством СНБ в Узбекистане имеет особое значение и считается особо ценным активом в системе ресурсов для усиления властных позиций. Известно, что власть в Узбекистане – особо закрытый клуб, и поступающая оттуда информация может сформировать лишь частичное представление о реальности. Вместе с тем, информация о взаимоотношениях ключевых чиновников Узбекистана, их взаимные симпатии и/или антипатии, часто просачиваются во внешний мир.

Модель выстраивания взаимоотношений Ш.Мирзияева и Р.Азимова с политической элитой Узбекистана значительно различается. Модель Р.Азимова – исключительное ориентирование на И.Каримова и дистанцирование от всех остальных. А у Ш.Мирзияева больше складывается система «паутины», в центре взаимоотношений которой находится И.Каримов, но с подчеркнутой попыткой наладить максимально доверительные отношения и с остальными.

Достоверно известно, что давление со стороны СНБ больше ощущает Р.Азимов и его близкие. В этом давлении роль И.Каримова всегда была двоякой: президент каждый раз спасает Р.Азимова, но без его одобрения подобное давление изначально вообще не состоялось бы. Время от времени давление со стороны силовиков воспроизводилось и по отношению к Ш.Мирзияеву. Оно было призвано выполнять конкретные политические функции, в том числе, усилить преданность И.Каримову.

И наконец, роль «большой семьи» И.Каримова в принятии им решения о преемнике год за годом будет стремительно нарастать. Стоит уточнить, что членами «большой семьи» является не только Татьяна Каримова, дочери и другие родственники, но и особо приближенные чиновники, доверительно проработавшие с президентом долгие годы.

Во-первых, вопрос преемника – не только вопрос стабильности политической системы, но и вопрос безопасности семьи. Во-вторых, достоверно известно, что И.Каримов учтиво относится к мнению Татьяны Каримовой. Однако, ценность мнения близкого и доверенного окружения И.Каримова имеет значение только тогда, когда И.Каримов может контролировать процесс передачи власти или в определении властных ресурсов под конец своего правления.

В последние годы, вакуум власти, обусловленной снижением активности И.Каримова, постепенно нарастал. Это проявилось в плавном снижении частоты визитов И.Каримова в иностранные государства, а также, в посещении регионов Узбекистана. Представлялось, что как только И.Каримов решит, что настал момент выбора своего преемника и укрепления его властных позиций, он изменит баланс властных полномочий и ресурсов между возможными преемниками: премьером и его первым заместителем. Согласно логике И.Каримова, решение о преемнике должно было быть обнародовано одновременно с разрушением паритета между двумя возможными претендентами, то есть, с усилением чьей-то позиции и параллельным удалением другого из власти.

В ходе многолетнего наблюдения за мышлением и поведением И.Каримова мною были получено представление, что все-таки И.Каримов больше доверяет Р.Азимову, и когда сочтет необходимым, именно его назначит премьером с параллельным удалением Ш.Мирзияева из власти.

Однако сегодня, впервые в истории независимого Узбекистана, Кабинет Министров сообщает о том, что «Ислам Каримов находится на стационарном лечении. По мнению специалистов, необходимо полное медицинское обследование» (!).

Здесь примечательны два обстоятельства. Во-первых, общественность информирует Кабинет Министров, то есть, фактически, Шавкат Мирзияев, а не пресс-секретарь президента, или Аппарат Президента. Во-вторых, сама формулировка «по мнению специалистов, необходимо полное медицинское обследование» указывает на то, что ситуация чрезвычайная. Власти решили не подавать общественности сигналов на скорое выздоровление И.Каримова.

Интрига вокруг здоровья и ясности ума И.Каримова является судьбоносной интригой вокруг будущего президента Узбекистана. Если у И.Каримова еще будет возможность заново повлиять на властные полномочия своих подчиненных, то, скорее всего, мы увидим, что в ближайшие месяцы он поторопится перестроить властную вертикаль Узбекистана в соответствии со своими замыслами о преемнике. Если у И.Каримова уже не будет возможности повлиять на нынешнюю вертикаль власти Узбекистана, то, в коридорах власти начнутся (или уже начались) торги и борьба за власть.

А пока можно говорить о том, что вопрос о преемственности власти И.Каримов собирается решить состоянием статус-кво властных полномочий. То есть, И.Каримов будет находиться у власти столько, сколько сможет физически, а его преемником станет тот, у кого на момент ухода нынешнего президента окажется больше властных полномочий и иных ресурсов.

Фергана.Ру

} Cтр. 1 из 5