Другая оптика Грузии

31 января 2018

Тедо Джапаридзе – советник премьер-министра Грузии по внешним связям.

Резюме: Колючая проволока, протянутая российскими военными в сердце нашей страны, раздирающая в кровь обычные человеческие связи, противоречащая принципам мышления XXI века, стала символом политики России в Грузии.

Размышления о сложных, нервных, эмоциональных отношениях России и Грузии в комплексе сегодняшних региональных и глобальных проблем, которыми я позволил себе поделиться, носят исключительно личный характер. Ни в коем случае не претендую на истину в последней инстанции. Я рискнул сделать это с учетом собственного богатого политического, дипломатического опыта. Работая послом Грузии в США или секретарем Совета национальной безопасности, министром иностранных дел или главой парламентского комитета по внешним связям, советником премьера, я ежедневно сталкиваюсь с этой тематикой. Мы скрупулезно обсуждаем ее с коллегами дома и за рубежом, стараемся анализировать, понять. Хотя признаюсь: вопросов в отношениях между нашими странами за годы после обретения независимости по-прежнему больше, чем ответов. И все они –  острые,  резкие, часто жесткие и даже жестокие.

Нынешний год отмечен трагической датой – десятилетием войны между Россией и Грузией с последующей оккупацией Абхазии и Цхинвальского региона (Южной Осетии) и их признанием. За это время наши страны не только не смогли найти общий знаменатель в отношениях, но стали ментально еще дальше друг от друга. Но ментальность не отменяет географического соседства. А значит рано или поздно мы обязательно должны, чувствуя ответственность перед будущими поколениями, искать точки соприкосновения там, где возможно. Где полезно и выгодно не только для наших государств, но и всего большого региона Евразии. В позитивной динамике заинтересованы, и в ее создание должны быть вовлечены и другие страны – США, государства Европы, Китай, Индия. Безопасность, стабильность, экономическая кооперация, как, впрочем, независимость и суверенитет, взаимосвязаны и взаимозависимы. Так должен работать современный мир – государства, какими бы они ни были по размерам и военной мощи, призваны быть полезными и предсказуемыми. Военная сила может обеспечить лишь кратковременный успех, напугать, но не принесет долгосрочных дивидендов.

Вот почему сегодня Грузия предлагает рассматривать ее через другую оптику – позитивного регионального сотрудничества (конечно же, не забывая о собственных проблемах и не игнорируя свои стратегические цели). Мы считаем, что экономика, торговля, совместные инфраструктурные проекты могут стать одной из стартовых площадок. Самой России гораздо выгоднее иметь в Грузии банки, нежели танки. Пытаться соединить и то, и другое – контрпродуктивно.

Будучи прагматиками, мы хорошо понимаем, что США, Европа, в целом весь Запад и Россия нуждаются в друг друге ради поддержания и собственной безопасности, и глобальной стабильности. Однако и большие, могущественные государства не могут чувствовать себя в полной безопасности за счет ослабления маленьких соседей. В этом стратегическом раскладе у Грузии может и должно быть свое место, собственная ниша. Еще в прошлом году госсекретарь Рекс Тиллерсон, которому по прежней деятельности хорошо известна значимость нашего региона, говорил: «Союзники, партнеры Соединенных Штатов, большие и малые, просят Вашингтон улучшить отношения с Россией, так как уверены в том, что плохие отношения Вашингтона и Москвы сделают хуже и их собственное положение». Время идет, ожидания пока не оправдались, но и «политическая стоимость» Грузии не уменьшилась. Может быть даже наоборот.

Сегодняшний хрупкий баланс должен быть управляемым. И это сложно, ибо в наше время каждый по-своему, согласно собственным интересам, интерпретирует слагаемые этой стабильности. Такую «российскую интерпретацию» ощутила на себе Грузия – в 2008-м, а Украина в 2014-м. Тем паче мы как никто другой понимаем – чем прозрачнее и понятнее, чем более предсказуемы отношения между Западом и Россией, тем легче и эффективнее рассматривать и нашу, грузинскую, да и всю в комплексе региональную повестку. С учетом того, что в мире хорошо понимают: Грузия не свернет с избранного ее народом пути, не отступит от стратегических целей и ни за что не станет «разменной картой» в больших геополитических играх.

Если же продолжится период непредсказуемости, это чревато новыми катаклизмами и кризисами. Нынешняя политическая система координат формируется в беспокойное время новых и весьма жестких вызовов. Это требует от главных акторов сбалансированной, выверенной внешней политики, аккуратного управления всем комплексом международных отношений. Мы в Тбилиси уверены, что сегодняшняя Грузия, твердо зарекомендовавшая себя не только потребителем, но и производителем региональной безопасности и стабильности (не только в военном смысле, nо и в более широком понимании), функционально сформировалась как надежный и ответственный партнер, способный быть полезным для друзей и соседей в нужное время. Скажем так: сегодняшняя Грузия – это уже не головная боль, а компонент в решении комплексных проблем и в достижении выгодного для всех результата. 

И ведь в том режиме, в котором живет и выживает Грузия, не быть этой головной болью, поверьте, неимоверно сложно. Стабильность и прогресс Грузии, которые отмечают иностранные комментаторы, были достигнуты ценой титанических усилий и ошибок поколений грузинских политиков и выстраданы грузинским народом в течение столетий. Нынешнее правительство дорожит этим и верит в то, что делает – для благосостояния собственных граждан, а не напоказ. Не для галочки. При том, что за последние десять лет не снята с повестки главнейшая из наших проблем - вопрос территориальной целостности.

На Западе не должны поддаваться на российские заявления о том, что «грузинского вопроса» якобы больше нет и что Грузии надо самой договариваться с абхазами и осетинами. Мы ведь прекрасно знаем, в чьих руках ключ от разрешения этих конфликтов, как и сохранение на этих территориях «стабильности» (в российской интерпретации), которая зиждется на российских военных базах и силовых структурах. В то же время, повторюсь, Грузия может стать позитивным компонентом в выстраивании отношений между Западом (и конкретно Америкой) и Россией. Стать маленькой, но важной, акцентированной деталью.

Спустя почти десять лет после разрушительной войны 2008-го, после всех, к сожалению, непрекращающихся попыток России политически торпедировать движение Грузии на Запад, можно с уверенностью говорить о том, что страна достойно сдала экзамен на государственность (кстати, в мае этого года Грузия отметит 100-летие первого провозглашения независимости). Состоятельность Грузии признают все ее партнеры: США, с президентом и другими руководителями которых в прошлом году провел насыщенные переговоры премьер-министр (в будущем году исполнится 10 лет Хартии о стратегическом партнерстве двух стран), Турция, с которой сформирован Совет стратегического сотрудничества на высшем уровне; Китай, подписавший с нами Соглашение о свободной торговле и так далее. Международная обстановка показывает, что только интеграция Грузии с европейским и евроатлантическим сообществом – единственно возможный для нас способ быть в безопасности и последовательно проводить свой внешний курс.

Наша рациональная политика в конце прошлого года была единодушно признана и поддержана на саммите «Восточного партнерства» – Грузия общепризнанный лидер в плане реформ и модернизации этой программы Евросоюза. Мы сегодня – уже не «постсоветская страна». При этом четко понимаем: останавливаться в развитии нельзя. Шаг на месте для Грузии в сегодняшнем мире и с учетом ее геополитического положения равен двум шагам назад.

Итак, сегодня мы можем с полным основанием предлагать рассматривать нашу страну уже сквозь иную оптику. Что это значит? Грузия прочно заняла нишу в таких глобальных представляющих интерес для всех проектах, как реализация идеи нового «Шелкового пути», расширения поставок энергоносителей с Востока на Запад, строительства железнодорожного сообщения между Азией и Европой и так далее. До 2020 г. в инфраструктурные проекты в Грузии будет инвестировано 5 миллиардов долларов. Спустя несколько лет появится новый порт, самый глубоководный в этой части Черного моря: Анаклийский. Там будут управлять самыми большими контейнерными судами земного шара, облегчая маршрут от Азии до Европы и наоборот, предлагая огромные возможности для международных фирм, специализирующихся на товарах высокой стоимости. Активность Китая, Индии, очевидно, предполагает в ближайшие годы выстраивание новых союзов в большом регионе.

Посмотрите, как за последний год изменился в сторону открытия Узбекистан. Договоренности на семь с лишним миллиардов долларов инвестиций достигнуты недавно после переговоров главы Казахстана в Америке. Туркменистан больше думает о выходе на региональные рынки и подключении к различным проектам. Этот перечень можно продолжить. Завтрашняя Евразия, готов поспорить, спустя всего несколько лет станет другой. Торговля и транспорт изменят этот регион. Динамизм сегодняшней политики, основанный на фундаменте новой экономики, требует встраивания в эту формирующуюся систему Грузии. И России, безусловно.

Но на фоне консолидированной партнерской поддержки Грузии, к сожалению, констатирую, только позиция России остается иной. Жаль, что в Грузии (да только ли в Грузии?) не ждут от России ничего хорошего. Россия не привлекает, не увлекает за собой. Россия пугает. Колючая проволока, протянутая российскими военными в сердце нашей страны, раздирающая в кровь обычные человеческие связи, противоречащая принципам мышления XXI века, стала символом политики России в Грузии. Каждый из более чем миллиона российских туристов, ежегодно посещающих Грузию (и это при том что между нашими странами нет дипломатических отношений), согласится, что так быть не должно.  

Если эта проволока подразумевалась Россией как инструмент политики «разделяй и властвуй», то по отношению к Грузии она провалилась. Если же говорить вновь о принципе «или с нами, или против нас», то наши соотечественники в Абхазии и Южной Осетии, оказавшиеся по ту сторону проволоки, уже начинают чувствовать, что лишаются самобытности в этом процессе «интеграции и слияния». Так или иначе, большого, а главное - искреннего ликования среди них на счет этого «принудительного братания» с Россией я не наблюдаю.

Мы в Тбилиси всегда придерживались такой позиции: движение Грузии к Европе вовсе не означает отказа от нормальных отношений с Россией. Это движение не направлено против России – в современном мире ничего «анти-» не работает или работает недолго.

С учетом, конечно же, краеугольных принципов соблюдения наших национальных интересов, суверенитета и территориальной целостности, норм международного права, существование демократического и безопасного соседа отвечает стратегическим российским интересам. Мы готовы быть надежными и ответственными партнерами для всех наших соседей. Включая Россию. Но и у Грузии есть свои собственные «красные линии», и для нас они не менее важны, чем для России те «красные линии», о которых недавно говорил министр иностранных дел Сергей Лавров...

Такая надежная Грузия является ключевым компонентом региональной стабильности для ее окружения, в том числе для России, включая ее Северный Кавказ. Почему бы, с учетом этой самой другой грузинской оптики, не превратить Грузию в площадку для кооперации, а не конфронтации? Кооперации пусть даже при здоровой конкуренции региональных и не только держав. В целом же мы готовы адекватным образом отвечать на вопросы, возникающие у России, открыто и откровенно вести дискуссии по проблемам взаимоотношений в контексте региональных вызовов, например, как это было перед сочинской Олимпиадой. Вспоминаю, что Москва и Варшава несколько лет назад образовали совместную группу специалистов, которая занималась самыми «трудными вопросами» российско-польских отношений. Можно было бы подумать о таком честном, объективном и равноправном экспертном анализе между Москвой и Тбилиси.

Но пока, с самого момента обретения независимости Грузией, мы так и не знаем четко, чего же желает от нас Россия. Или же эти российские «пожелания» противоречивы и не отвечают нашим стратегическим интересам, да, возможно, и российским. Вот скажите: разве России по-настоящему выгодно, чтобы ее боялись соседи? Но тогда в чем же модель сосуществования, которую предлагает (если предлагает) Россия? Это даже не политика кнута и пряника. Это только кнут, кнут и еще раз кнут.

Мы за то, чтобы жить в мире с Россией. Но мы не хотим жить в России. Мы не приемлем формулы, которая предлагает нам Москва: «Или с нами, или против нас». Она уже стала политическим анахронизмом, который, уверен, противоречит жизненным интересам граждан самой России. И что, вот если даже представить, что мы согласились на это, что это нам даст? Урегулирование конфликтов? Восстановление территориальной целостности? Нет и еще раз нет! Политика Кремля по отношению к Грузии находится в полном диссонансе с выбором нашего народа.

Наш диалог с Россией, пусть и ограниченный и усеченный из-за того, что Россия предпочла говорить с Грузией с позиции силы, единогласно приветствуется и поддерживается всеми нашими друзьями. Все признают, что Россия – тяжелый партнер. Но и Россия должна быть частью разрешения кризисов. Мы – за это. В такой ситуации, как мне видится, Запад должен взять на себя больше ответственности по отношению к Грузии. Наша политика стратегического терпения должна поддерживаться западными партнерами реально и осязаемо, в том числе в их общении с Россией, а также в плане дальнейших политических и экономических преференций для нашей страны. Политика стратегического терпения должна трансформироваться в достижение стратегического результата, ведь это касается не только нашей страны.

Россия говорит, что не намерена отзывать признания Абхазии и Цхивальского региона (Южной Осетии) и призывает нас и международное сообщество принять некую, созданную ею самой, новую реальность на Южном Кавказе и вести прямой диалог с «новыми государствами». Но это – путь в никуда. Мы ни в коем случае не против прямого диалога с нашими согражданами – абхазами и осетинами, но над ними не должно довлеть присутствие российских военной силы. Мы готовы отказываться от клишированных подходов, размышлять над новыми моделями, изучать эффективный мировой опыт на этом направлении. При неукоснительном соблюдении принципа территориальной целостности готовы рассмотреть креативные, инновационные идеи. А если у России не урегулированы отношения с соседями, то как в целом можно говорить о стабильности? Стабильность же России без мира на Кавказе невозможна.

Обо всем этом должны думать не только в Тбилиси. Настало время в Москве тоже это осознать. Тем более, что сегодня есть возможность выйти на комплексные решения через диалог Запада и Грузии, России и Запада, Грузии и России. Невозможно, чтобы не было точек соприкосновения в процессе строительства новой, стабильной и безопасной системы. На последнем Давосском форуме премьер-министр Грузии Георгий Квирикашвили говорил о необходимости поиска точек соприкосновения с Россией, которые в будущем могут стимулировать позитивные дискуссии по политическому решению конфликтов. Этими сферами взаимных интересов могут быть торговля, туризм, гуманитарные и культурные взаимоотношения.  Но в то же время, заявил премьер, и Россия должна осознать, что напрасны ожидания о том, что Грузия смирится с «существующими реалиями», как преподносит нынешнее положение вещей Москва. Таким образом, краеугольным камнем всех будущих дискуссий будут суверенные устремления Грузии.

Что обрела для себя Россия, потеряв Грузию? Ничего! Стала сильнее, разместив военные базы в Абхазии и Южной Осетии? Нет, политический и дипломатический ущерб, нанесенный России, превратил «успех» в «пиррову победу». Мы – не члены НАТО, а наша «пятая статья» – в нашей стабильности, в нашем политическом и экономическом развитии, в нашем движении к Евроатлантическому сообществу – с помощью и при поддержке партнеров. Уверен, что сильная, реформированная, стабильная Грузия отвечает интересам и России.

} Cтр. 1 из 5