Евразийская интеграция: ни бесплатных конфет, ни реставрации СССР

26 декабря 2013

Аркадий Дубнов политолог, международный обозреватель, на протяжении 20 лет освещает события в Центральной Азии.

Резюме: Президент Киргизии решил повременить со вступлением своей страны в Таможенный союз, поскольку не получил гарантий помощи от партнеров.

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев – самый старший в кругу своих коллег по Высшему Евразийскому экономическому совету (ВЕЭС) и по возрасту (ему 73 года), и по стажу пребывания на высшем посту, уже четверть века почти, еще во времена СССР начинал… Тут ему Александр Лукашенко и Владимир Путин явно уступают. Кроме того, общепризнанным фактом является первородство Назарбаева по части евразийской интеграции, он заговорил об этом почти 20 лет назад, в далеком 1994-м.

Неудивительно поэтому, что именно елбасы, казахстанскому национальному лидеру (именно так государственным законом принято называть его в своей стране) было предоставлено право на заседании ВЕЭС в Москве 24 декабря сказать самые важные слова о том, чему быть и чему не бывать в процессе создания интеграционных структур на постсоветском пространстве. А то и пошире…

Назарбаев – уникальный и незаменимый

Если коротко, Назарбаев повторил уже неоднократно им сказанное. Но, очевидно, по его мнению, недостаточно усвоенное. Евразийский экономический союз, по его словам, не является "попыткой реставрации распавшегося СССР, (…) возврата в прошлое нет и не будет, это наша общая однозначная позиция всех государств".

Для кого это сказано, понять нетрудно. В первую очередь, для внутренней казахстанской аудитории, той, которая настроена резко против любых объединений с Россией, угрожающих национальному суверенитету Казахстана.

Надо отдавать себе отчет в том, что сегодня этими опасениями питается, обоснованно или намеренно, главная повестка дня внутриполитической жизни Казахстана. Во всяком случае, среди казахской части населения страны, составляющей ныне абсолютное большинство.

В то же время именно Назарбаев, отчетливо осознающий реальность этого внутриполитического тренда, остается главным гарантом и проводником евразийского интеграционного проекта, что делает его в глазах Москвы партнером незаменимым и уникальным. Ведь никакой уверенности, что его преемник будет столь же последователен и прагматичен в стремлении выстраивать единое с Россией, пусть только экономическое, пространство.

Отсюда и та кажущаяся смиренной готовность российского руководства выслушивать от казахстанского президента, в частности, нелицеприятные оценки работы возглавляемой бывшим российским вице-премьером Виктором Христенко Евразийской экономической комиссии, которая "пытается взять на себя дополнительные полномочия".

С другой стороны, авторитет казахстанского политического патриарха позволяет ему формулировать барьеры на пути расширения Таможенного союза за счет стран, добивающихся преференций, невозможных в рамках логики построения экономического союза.

Когда Назарбаев заявляет, что "интеграция никому бесплатных конфет не дает, как некоторые думают, и ничего не выделяет, мы идем туда добровольно в интересах наших государств", то все понимают, что эта не слишком политкорректная отповедь адресована Киргизии и ее президенту Алмазбеку Атамбаеву, приехавшему в Москву для рассмотрения "дорожной карты" присоединения его страны к Таможенному союзу (ТС).

Когда Назарбаев утверждает, что "экономическая интеграция развивается именно для того, чтобы укрепить национальную государственность, сделать ее более устойчивой через устойчивую экономику", то все понимают, что это он наставляет братьев-киргизов, чью нынешнюю государственность он ценит не слишком высоко…

"Продавить" президента Киргизии невозможно?

Возможно, столь шокирующая откровенность президента Казахстана выглядит обидной для соседей. Но, с другой стороны, если взглянуть на это из Бишкека, отбросив эмоции, исключительно с точки зрения государственной целесообразности, то, кто знает, может быть даже стоит сказать спасибо елбасы.

Ведь такой подход избавляет Киргизию от необходимости присоединяться к ТС "подневольным" образом, как это сегодня видится из Бишкека, подвергая риску сохранение социальной и политической стабильности в стране, угрожая самому существованию нынешней вертикали власти во главе с президентом Атамбаевым.

За несколько дней до поездки в Москву на саммит ВЕЭС, выступая на пресс-конференции, президент Киргизии был категоричен: "Неужели вы не знаете меня до сих пор? "Продавить" меня на что-то во вред стране – невозможно. Мы будем вступать в Таможенный союз только при условии, если будут выполнены наши требования. А шантажировать Атамбаева невозможно, слишком я закалился. У нас выбор маловат, но мы пойдем только тем путем, который устроит кыргызстанцев и защитит наши интересы".

Судя по тому, что рассказал о позиции своего президента, изложенной в Москве 24 декабря вице-премьер Киргизии Джоомарт Оторбаев, Атамбаев был верен своим обещаниям. "Обсуждение нашего документа продолжится, – сообщил Оторбаев. – Глава республики Алмазбек Атамбаев отметил, что мы готовы вступать на условиях, которые ранее озвучивались. Любой наш шаг будет связан с удовлетворением условий. Евразийская комиссия приняла решения без нашего участия, не учитывая рекомендации. Окончательный вариант будет еще дорабатываться".

Условия Бишкека вкратце сводятся, по словам Оторбаева, к требованиям укрепления внешних границ Таможенного союза (речь идет, в первую очередь, о киргизско-китайской границе), оказания финансовой помощи (предварительная сумма – 200 миллионов долларов) на оснащение пунктов пропуска, лабораторий, создание стабилизационных фондов для перепрофилирования крупных рынков страны.

Кроме того, Бишкек просил предоставить отсрочку по превращению крупнейших в Центральной Азии оптовых рынков "Дордой", "Кара-Суу" в свободные экономические зоны, создать трудоемкие производства и подписать положение о свободном перемещении трудовых мигрантов – на все это, по мнению Бишкека, потребуется не менее пяти лет. Кроме того, необходимо отстоять таможенные ставки на прежнем уровне на 2,6 тысячи товарных позиций.

В изложении Владимира Путина эта часть повестки дня саммита ВЕЭС выглядела предельно лаконично: "практически завершена "дорожная карта" по присоединению Кыргызстана к Таможенному союзу, осталось решить несколько моментов".

Поднебесная как альтернатива России в Центральной Азии

Итак, Киргизия, заявившая о стремлении стать членом Таможенного союза еще несколько лет назад, гораздо раньше, чем Армения (Ереван это сделал лишь в сентябре нынешнего года, а уже подписал 24 декабря свою "дорожную карту"), взяла тайм-аут…

"Не хотелось бы спекулировать, когда Кыргызстан вступит в Таможенный союз, – заметил вице-премьер Джоомарт Оторбаев, – условия для всех индивидуальны, то, что хочет Армения, не удовлетворит Кыргызстан или Украину (…) Временных рамок нам не ставят".

Сравнение с Украиной здесь выглядит весьма знаковым. Бишкек, как и Киев, стоит перед реальным выбором. Украина – между Евросоюзом и Россией, Киргизия – между Россией и Китаем. Поднебесная незримо присутствует в любых геополитических раскладах в Центральной Азии.

Пекинский проект Великого Шелкового пути для стран региона уже на глазах становится реальностью. Железная дорога Север-Юг, соединяющая Китай с Таджикистаном, Киргизией и Казахстаном, неминуемо обрастающая инфраструктурой вдоль всей трассы, на строительство которой китайцы выделяют сотни миллионов долларов, уже построенный китайцами нефтеперерабатывающий завод в Киргизии, который еще, впрочем, предстоит загрузить нефтью, множество других проектов с китайским финансированием – все это создает серьезную альтернативу участию Киргизии в Таможенном союзе.

Понятно, что при этом Бишкек будет избавлен от необходимости закрывать оптовые рынки, обеспечивающие работой по "перевариванию" китайской беспошлинной, а то и контрабандной продукции сотни тысяч граждан страны.

Очевидно и другое: пока эти рынки будут работать, трудно рассчитывать на серьезные инвестиции, направленные на создание новых рабочих мест и структурные реформы киргизской экономики.

С другой стороны, киргизские власти избегают опасности социальных и политических потрясений, неминуемых при плохо подготовленном и наскоро проведенном закрытии этих рынков, ставших источником обогащения и значительной части киргизских элит.

Есть и еще одна деталь, которая для киргизов, людей страны гор, а потому гордых, иногда даже в ущерб своим интересам, представляется важной в принятии решения от отказе немедленно подписать "дорожную карту" вступления в ТС.

Дело не только в том, что, как считают в Бишкеке, эта карта была принята без учета замечаний киргизской стороны. Как утверждают во властных кабинетах киргизской столицы, там обнаружили резкое изменение тональности к себе со стороны Москвы сразу после того, как в ноябре этого года послу США в Бишкеке была передана дипломатическая нота об окончательном прекращении деятельности в июле 2014 года американской базы "Манас" в бишкекском аэропорту.

После этого обходительность россиян по отношению к нам уступила место откровенному диктату, утверждают высокопоставленные киргизские чиновники.

Но есть во всей этой истории и нечто обнадеживающее. После того, как президент Казахстана Нурсултан Назарбаев четко предупредил всех желающих присоединиться к Таможенному союзу, что "бесплатных конфет" не будет, можно надеяться, что прекратятся разговоры о "всемирном расширении" ТС за счет Новой Зеландии, Вьетнама и Сирии и даже Турции…

Ведь большую дискредитацию идеи евразийской интеграции сегодня представить трудно.

} Cтр. 1 из 5