Нагорнокарабахский конфликт: кто тестирует на прочность статус-кво

4 апреля 2016

Нана Гегелашвили – кандидат политических наук, руководитель Центра региональных проблем ИСКРА

Резюме: Патовая ситуация в зоне карабахского конфликта не устраивает обе противоборствующие стороны. Однако опасения Азербайджана по поводу действий Москвы пока удерживают регион от масштабной войны

Опять война
Очередное обострение ситуации в зоне нагорнокарабахского конфликта произошло в ночь на субботу 2 апреля. Противоборствующие стороны обменялись обвинениями в обстрелах по всей линии фронта. Армия обороны Нагорно-Карабахской Республики (НКР) сообщила, что Баку начал наступление с использованием артиллерии, бронетехники и авиации. В свою очередь, в Баку заявили, что ситуация обострилась из-за действий армянских военных, которые в ночь на 2 апреля массированно обстреляли позиции азербайджанской армии по всей линии фронта.

Все как всегда. С каждым днем становится понятнее, что нагорнокарабахский конфликт не может оставаться неурегулированным целую вечность и рано или поздно эту проблему придется решать. Желание сдвинуть ситуацию с мертвой точки есть у всех. Главными признаками этого является попеременное возобновление боевых действий с обеих сторон вкупе с появляющимися время от времени официальными заявлениями о необходимости скорейшего урегулирования. Вместе с тем ключевые вопросы по-прежнему остаются нерешенными. Среди них — и статус Нагорного Карабаха, равно как и районов Азербайджана под контролем армянских сил, и возвращение беженцев.

Российско-турецкий конфликт
В условиях все еще продолжающегося российско-турецкого кризиса представляется, что в настоящее время Турция как один из ключевых игроков в регионе при активной поддержке Запада может стать инициатором формирования нового блока, куда войдут Грузия и Азербайджан, то есть страны, имеющие с ней общие геополитические, военные и энергетические/экономические интересы.

Турция как стратегический союзник Азербайджана в регионе последовательно поддерживает территориальную целостность Баку и Тбилиси. Все эти страны объединяет общее стремление к изменению невыгодного им статус-кво в регионе, не позволяющего решить проблемы, связанные с их территориальной целостностью.

В апреле 1993 года Турция приняла решение о закрытии сухопутной границы с Арменией, являющейся одним из выходов республики во внешний мир. Вплоть до сегодняшнего времени эта ситуация продолжает оставаться неизменной — между Турцией и Арменией нет дипломатических отношений.

Урегулирование нагорнокарабахского конфликта могло бы в значительной степени укрепить геополитические позиции Анкары в регионе. Это способствовало бы решению ее ключевых стратегических задач — членству Турции в Европейском союзе, более полному проникновению в Закавказье и в перспективе — превращению в относительно независимый от Запада центр в Евразии. Таким образом, похоже, что Запад все больше будет рассматривать Турцию как часть своего геополитического проекта, в котором Анкаре под эгидой НАТО и ЕС будет отводиться роль проводника по вовлечению стран региона в орбиту Запада всеми доступными средствами вплоть до использования таких решительных мер, как ускорение приема этих стран в НАТО.

Это может изменить существующий статус-кво в регионе и привести к новой расстановке сил. Неслучайно сразу после инцидента с российским бомбардировщиком Су-24 премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу заявил, что «для разрешения конфликта в Нагорном Карабахе и мира в регионе необходимо полностью освободить оккупированные азербайджанские земли».

На распутье
Несмотря на высокий уровень сотрудничества с Арменией, позиция России по урегулированию конфликта вокруг НКР формулируется в соответствии с принципами, согласованными Минской группой ОБСЕ.

В новых международных условиях Москва продолжает настаивать только на политическом, а не военном решении нагорнокарабахского конфликта, сосредоточившись на поиске формулировок мирного урегулирования, связанного прежде всего с доработкой так называемых Обновленных мадридских принципов, в которых все еще сохраняется много недочетов и неточностей, касающихся преимущественно проведения референдума о статусе Нагорного Карабаха и других вопросов. Однако похоже, что формата Минской группы ОБСЕ, занимающейся процессом его урегулирования более двух десятилетий, будет недостаточно. К тому же за последние несколько лет целесообразность ее работы не раз ставилась под сомнение.

Тем не менее в Баку имеется и понимание того, что возможность силового решения нагорнокарабахского конфликта может обострить внутриполитическую борьбу. Неудовлетворенность Азербайджана российско-армянским союзничеством, с одной стороны, и оказываемая поддержка территориальной целостности страны со стороны Москвы — с другой, не могут способствовать быстрому переходу к западному вектору. Ведь риски, что Москва — единственный союзник Еревана в регионе — предпримет реальные шаги для отстаивания своих интересов, связанные как с безопасностью, так и с экономическими соображениями на пространстве бывшего Советского Союза, слишком высоки.

К тому же решение задачи, связанной с ослаблением позиций организации «Исламское государство», запрещенной в России, как в самом Азербайджане, так и на общей границе с Грузией и Россией, представляется для Баку без поддержки Москвы совершенно невозможным. В то же время в условиях нарастающей конфронтации между РФ и Турцией Баку не может не понимать и того, что стратегическое союзничество с Турцией будет всегда удерживать Азербайджан в зоне влияния сильного соседа.

Похоже, что сегодня Баку все еще находится на распутье между интересами России и амбициями Запада, что вынуждает его пока еще разделять позицию Москвы по сохранению статус-кво, принимая неготовность к размораживанию конфликта. Однако поддержка, оказываемая Турции Западом в условиях его острейшего противостояния с Россией в целом и российско-турецкого кризиса в частности, может изменить патовую ситуацию в зоне нагорнокарабахского конфликта.

РБК

} Cтр. 1 из 5