Отставка общественного значения

14 июня 2018

Михаил Вигнанский - журналист и политический аналитик

Резюме: После девяти лет саакашвилевского авторитаризма Грузию вполне объяснимо увело в либерализм, иногда граничащий с ультра. В 2012-м «Грузинская мечта» открыла закрома воздуха свободы. Это не только освежает, но и пьянит. «Похмелье» для процесса строительства государственных институтов может быть тяжелым.

После девяти лет саакашвилевского авторитаризма Грузию вполне объяснимо увело в либерализм, иногда граничащий с ультра. В 2012-м «Грузинская мечта» открыла закрома воздуха свободы. Это не только освежает, но и пьянит. «Похмелье» для процесса строительства государственных институтов может быть тяжелым.

Георгий Квирикашвили, подавший вчера в отставку с поста главы правительства, был хорошим премьером. Возможно, опередившим свое время на этом посту в конкретной стране. С ним доверительно общались в Америке и Европе. Западная интеграция Грузии стала при нем предметной как никогда до этого, и никаких изменений ожидать не следует. Квирикашвили не побоялся рискнуть собственным рейтингом, когда публично обратился к России за содействием в выдаче останков жестоко убитого в Южной Осетии грузина Арчила Татунашвили (этот вопрос сейчас рассматривает Страсбург). При нем рост грузинской экономики подскочил до 6,5 процентов – равных показателей в регионе нет.

Тогда почему отставка? Просто потому, что так сложилось.

Методы и стиль правления Саакашвили привели к тому, что в Грузии сегодня минимально присутствует привычная стороннему наблюдателю политическая картина:  «правящая партия – оппозиция».  Кривое зеркало «Единого национального движения» (партия, на которую опирался Саакашвили) привело к фрустрации по отношению к большому сегменту политического рынка. Косвенным негативным индикатором может стать рост инертности избирателей от выборов к выборам. Но в то же время Грузия, которая сегодня очевидно и признанно уже не постсоветская страна, а новая демократия, с трудом, но отказывается от мессианства.  

Субъективно говоря, можно наблюдать некое грузинское «ноу-хау». Сегодня роль здоровой оппозиции выполняет общество. Это общество противоречиво, во многом незрело, в нем есть фланги ультраправых или ура-патриотов, однако из него вполне может родиться здоровая движущая сила продолжения демократических преобразований. То есть, опять же субъективно, между властью и обществом нет сейчас партийно-политических посредников. Хорошо это или не очень, покажет время.

Однако остается непреложным фактом, что власти сегодня стараются максимально адекватно реагировать на общественные запросы. Когда Грузию всколыхнули протесты по поводу объективности расследования убийства двух тбилисских старшеклассников, в отставку незамедлительно подал главный прокурор, а парламент, в котором конституционное большинство за «Грузинской мечтой», сформировал временную следственную комиссию под управлением оппозиционных депутатов из «Европейской Грузии».

Следуя описанным выше нюансам грузинской политической жизни, ответом на вопрос о причинах отставки (кому-то повод видится в уличных акциях, кому-то – в последних оценках UNICEF, согласно которым, при общих позитивных тенденциях, показатель бедности в Грузии за два года увеличился с 2,1% до 5%) может быть необходимость регулярной внутренней перезагрузки. Поэтому в смене премьера не должно быть трагедии, если такая перезагрузка улучшит координацию государственных институтов. Как сказал известный грузинский эксперт Георгий Хухашвили, «настало время, когда необходимо сменить алгоритм управления, повысить его эффективность, сделать более функциональным». Депутат от «Грузинской мечты» Леван Коберидзе допускает и возможность внеочередных парламентских выборов (плановые – в 2020-м), если таким будет все тот же общественный запрос – на ощущение справедливости происходящих в Грузии процессов и системной ответственности за них.

} Cтр. 1 из 5