Первая пятилетка «Кима Третьего»

4 августа 2017

Олег Кирьянов – кандидат исторических наук, кореевед, журналист-международник, корреспондент «Российской газеты» в странах Восточной Азии.

Резюме: Когда в конце декабря 2011 г. неожиданно скончался Ким Чен Ир, северокорейский лидер, правивший страной с 1994 г., вопроса, кто займет его место, не возникло. Руководитель успел назначить преемником самого младшего из сыновей – Ким Чен Ына, которому на момент смерти отца исполнилось всего 27 лет.

Когда в конце декабря 2011 г. неожиданно скончался Ким Чен Ир, северокорейский лидер, правивший страной с 1994 г., вопроса, кто займет его место, не возникло. Руководитель успел назначить преемником самого младшего из сыновей – Ким Чен Ына, которому на момент смерти отца исполнилось всего 27 лет.

Многие зарубежные эксперты сомневались, сможет ли молодой человек, не имевший опыта управления государством, справиться с возложенным бременем. Прошло пять лет. Наиболее радикальные из прогнозов не оправдались, но это не значит, что страна осталась прежней. Сохранив преемственность в идеологии, политической риторике и пропаганде, Северная Корея претерпела серьезные трансформации практически во всех сферах – политике, экономике, обществе, вооруженных силах, структуре управления страной и других.

Насколько можно судить, Ким Чен Ир окончательно определился с наследником лишь в 2008–2009 гг., а в 2010 г. на 3-ей партийной конференции Трудовой партии Кореи (ТПК) публично представил его. Для сравнения: Ким Ир Сен выбрал преемника за 22 года до кончины, и Ким Чен Ир два десятка лет набирался опыта управления государством, партией и вооруженными силами.

Ситуация в экономике не добавляла оптимизма. Хотя страна с серьезными потерями прошла «трудный поход» середины-конца 1990-х гг. и даже несколько оправилась от него, положение с обеспечением продуктами питания оставалось напряженным. Заводы и фабрики так и не смогли восстановиться после распада соцлагеря и потери рынков сбыта. В поисках средств к существованию люди больше надеялись на получившие распространение стихийные рынки, чем на государство. Экономическая политика в последние годы жизни Ким Чен Ира была непоследовательна. Неоднократно предпринимались попытки свернуть зачатки рыночных отношений. В конце ноября 2009 г. в КНДР произошла конфискационная финансовая реформа, лишившая сбережений значительную часть населения.

Из-за ракетно-ядерных испытаний КНДР Китай и Россия поддержали антисеверокорейские санкции. Межкорейские отношения, пережив полосу оживления в 1998–2007 гг., резко ухудшились с приходом к власти в Сеуле консерваторов во главе с Ли Мён Баком. В этой связи прогнозы зарубежных экспертов, которые прочили Северной Корее серьезные проблемы при новом лидере, казались правдоподобными. Были и те, кто предрекал полномасштабный политический и экономический кризис в КНДР.

Перемены эпохи Ким Чен Ына

Сегодня ситуация для Пхеньяна выглядит в целом более стабильной, чем в начале правления Ким Чен Ына. Хватает и проблем, в том числе новых.

Внутренняя политика и государственное управление. Все вопросы по поводу своего авторитета и положения молодой Ким снял достаточно быстро, действуя подчас весьма резко. По-видимому, Ким Чен Ын отдавал себе отчет в том, что окружение может попытаться сделать его номинальной фигурой, не допустив к рычагам реальной власти. Уже в первые месяцы правления «Кима Третьего» пошли слухи о том, что под теми или иными предлогами он отодвигает «от руля» военных. Кульминацией стала отставка самого авторитетного представителя генералитета – начальника Генерального штаба Вооруженных Сил КНДР вице-маршала Ри Ён Хо. В июле 2012 г. Ри «по состоянию здоровья» был освобожден от всех занимаемых должностей. За годы правления новый лидер успел по пять-шесть раз поменять начальников Генштаба армии и министров обороны. Высшие генералы теряли «звезды», а затем получали их вновь, назначались и снимались с постов с калейдоскопической быстротой.

Согласно данным южнокорейской разведки, до августа 2016 г. Ким Чен Ын казнил около 140 чиновников, из которых большинство были именно военными. Возможно, цифры преувеличены, но акцент репрессий на армии не вызывает сомнений. Большой резонанс вызвал публичный арест в конце ноября 2013 г., а затем и казнь дяди Ким Чен Ына – Чан Сон Тхэка. При Ким Чен Ире он возвысился до второго по влиятельности лица в государственной иерархии. Многие эксперты именно в Чане видели главного претендента на звание «серого кардинала».

Если опираться на статистику южнокорейской разведки, то гонения Кима на свое окружение со временем только нарастали, что позволило заговорить о «политике страха и террора» на Севере. В 2012 г. были казнены лишь три высокопоставленных чиновника, в 2013 г. ­уже 30, в 2014 г. – 40, в 2015 г. ­– 60. Возможно, данные раздуты, но партократы, министры и, конечно же, генералы стали опасаться за свою жизнь.

Основную работу по устранению возможных кандидатов в «регенты» Ким Чен Ын проделал в первые два-три года, параллельно проведя чистки и перестановки на высшем и среднем уровне власти. В элиту же ввели тех людей, чьи связи с предыдущим вождем были слабее. Стало очевидно, что военных теснят партийные чиновники и технократы. Центр власти перемещался в сторону партии, концентрируясь все больше и больше непосредственно в руках Ким Чен Ына.

Дальнейшему укреплению положения Ким Чен Ына способствовало изменение структуры госуправления. В отличие от отца, который после смерти Ким Ир Сена в 1994 г. три года не занимал официальных постов, Ким Чен Ын уже 30 декабря 2011 г. решением Политбюро ЦК ТПК был назначен на пост главнокомандующего Вооруженными силами, а в апреле 2012 г. возглавил два других ключевых органа — ЦК ТПК и Государственный комитет обороны (ГКО). Посты генерального секретаря ТПК и председателя ГКО были навечно закреплены за покойным отцом, а молодой Ким стал 1-м секретарем ЦК ТПК и 1-м председателем ГКО.

Примерно с 2014 г. начали циркулировать слухи о том, что Ким Чен Ын готовит перекройку схемы руководства. Реформы системы государственного и партийного управления были подготовлены и реализованы весной-летом 2016 г. сначала в ходе 7-го съезда Трудовой партии Кореи (май), а затем на 4-й сессии 13-го созыва Верховного Народного Собрания (июнь). Изменения отражены и в новом тексте Конституции. Упразднена должность 1-го секретаря ЦК ТПК, а Ким стал «председателем партии». ГКО ликвидировали, а вместо него появился Государственный совет, председателем которого стал Ким Чен Ын. Его заместителями назначены три человека — начальник Главного политуправления Вооруженных сил Хван Бён Со, зампредседателя ЦК ТПК Чхве Рён Хэ и премьер-министр Пак Пон Чжу, каждый из которых курирует свое направление: армия, партия и правительство.

Сегодня Ким Чен Ын официально занимает девять постов: председатель Госсовета КНДР, председатель Трудовой партии Кореи, член ЦК ТПК, постоянный член Политбюро ЦК ТПК, член Исполкома Политбюро ЦК ТПК, председатель Военного комитета ТПК, Верховный главнокомандующий Вооруженными силами КНДР, маршал, депутат 13-го созыва Верховного Народного Собрания КНДР. К лету 2016 г. Ким Чен Ын завершил передел системы управления государством по своему замыслу.

Идеология. После прихода «Кима Третьего» к власти достаточно быстро подверглось корректировке название основной идеологической линии. Изначально основной доктриной было учение Ким Ир Сена — «кимирсенизм»; после смерти к отцу-основателю приравняли Ким Чен Ира, а идеология получила комплексное имя — «кимирсенизм-кимчениризм». Это решение принято в апреле 2012 года. От нового лидера ждали собственной концепции, она получила название «стратегический курс на параллельное развитие экономического строительства и создания ядерных сил». Обычно ее сокращают до «линии на параллельное развитие» или «линии пёнчжин». Впервые Ким Чен Ын заявил об этом 31 марта 2013 г. на заседании ЦК ТПК, а уже на следующий день парламент принял соответствующий закон.

С 2016 г. формируется культ личности Ким Чен Ына. Пропаганда начала подчеркивать именно его заслуги и достижения, до этого он предпочитал в известной мере оставаться в тени покойных вождей. Его изображения стали напоминать стиль, в котором демонстрируют предшественников – деда и отца. Следует, однако, отметить, что «Ким Третий» официально еще не поднялся на уровень двух «вождей» и, возможно, при жизни не поднимется. Так, до сих пор день рождения Ким Чен Ына, вопреки многим предсказаниям, не объявлен государственным праздником, значки с его изображением пока не изготовлены. Но в целом культ личности стал гораздо более интенсивным.

Популизм по-северокорейски. Ким Чен Ын принес в стиль управления и общую атмосферу новые веяния. Он отчасти оправдал прогнозы тех, кто ожидал от него реформаторского подхода, хотя выразился он не в радикальных политических изменениях. Молодой лидер появляется на публике гораздо чаще отца. Он вернул практику публичных выступлений, от которых его предшественник в последние годы жизни отказался. Ким Чен Ын возродил традицию деда – новогоднюю речь лидера нации по центральному ТВ, жанр, отмененный Ким Чен Иром. Скорее всего, Ким Чен Ын целенаправленно подчеркивает свое сходство, в том числе и внешнее, с дедом – Ким Ир Сеном, а не отцом. Для северян «Ким Первый» – безусловно, самый главный авторитет, а период его правления многие вспоминают с ностальгией. А эпоха Ким Чен Ира – в первую очередь экономический кризис. Нынешний вождь и одевается как дед, и копирует манеру его поведения, давая понять, что «хорошие времена» вернулись.

Ким Чен Ын возобновил проведение регулярных съездов, конференций, заседаний высших органов власти, в которых лично участвует и от которых в значительной степени отказался его отец. Впервые за 36 лет в мае 2016 г. в КНДР прошел съезд партии. Это делается должно подчеркнуть, что после трудного, кризисного периода наступила эра, когда «все идет как надо» и «по плану». В ходе поездок для «управления на местах» молодой Ким по крайней мере внешне демонстрирует доступность, стремление общаться с простыми людьми. Судя по кадрам официальной хроники, он часто окружен народом, обнимается с солдатами, детьми, рабочими, девушкам из женских военных частей позволяет брать себя под руку перед объективами фотографов и т.д. То есть стиль нового лидера сильно отличается от поведения предшественника.

Следует также отметить, что «правление террора и страха» Ким Чен Ына коснулось почти исключительно высшего руководства, а не обычных людей. Много поводов для спекуляций дал показанный в 2012 г. по центральному северокорейскому телевидению концерт, где присутствовал Ким Чен Ын. В представлении участвовали герои мультфильмов Уолта Диснея, звучали западные шлягеры, а женский ансамбль выступал в мини-юбках. Правящую верхушку КНДР времен Ким Чен Ира невозможно вообразить на концерте с Микки-Маусом, отплясывающим под «идеологически вредную музыку».

Другое внешне заметное и эффектное изменение – публичная демонстрация Ким Чен Ыном своей жены Ли Соль Чжу. Она сама по себе является, пожалуй, одним из самых ярких доказательств изменения имиджа высшего руководства. Не стесняется прилюдно брать мужа под руку, заливисто смеется, часто сопровождает его в поездках, каждый раз появляется в новых стильных нарядах, у нее неплохой вкус, и вообще она красавица... В общем, как единодушно признали международные СМИ, в Северной Корее теперь есть полноценная первая леди.

Экономика, наука и технологии. Априори экономика считается одним из самых слабых мест КНДР. Однако при Ким Чен Ыне страна смогла, хотя и не без оговорок, достигнуть заметных успехов. Если при Ким Чен Ире правительство только мирилось со стихийно развивавшимися рыночными отношениями, зачастую (хотя и без успеха) пыталось «отыграть назад», то за первую пятилетку Ким Чен Ына власти на рыночные механизмы не посягали вообще. Согласно данным западных специалистов, количество более или менее крупных рынков в стране к концу 2015 г. увеличилось более чем в два раза по сравнению с концом 2011 года. За фасадом социализма в КНДР на низовом уровне идет развитие рыночных отношений, появляется все больше частных предприятий, ресторанов, компаний, де-факто ведется торговля недвижимостью. На словах и по документам все оформляется «в духе социализма и чучхе», а на деле – за деньги.

Если говорить про законодательные действия и указы властей по введению реформ, следует назвать принятые в 2012 г. «Инструкции от 28 июня», которые предусматривают радикальные изменения в структуре сельского хозяйства и частично промышлености, а также дополнившие их в 2014 г. «Меры от 30 мая». Эти акты нигде открыто не публиковались, но реализуются на практике. Крестьянам позволили работать не только в крупных колхозах, но и на себя, в мелких хозяйствах. Элементы хозрасчета и рыночных отношений введены и на промышленных предприятиях.

Результаты впечатляют. Благодаря новым мерам произошел значительный рост урожайности, страна почти полностью обеспечивает себя едой. Суммарные урожаи зерновых колеблются в районе пяти и более миллионов тонн. КНДР не грозит повторение ситуации середины-конца 1990-х годов. Может быть не так быстро, как хотелось бы руководству, но все больше заводов и фабрик возобновляют и расширяют производство. Возможность работать дали и частным предпринимателям, позволяя – хотя и с разными ухищрениями – открывать рестораны, транспортные компании, торговые фирмы.

Большое освещение в мировых СМИ получили новые объекты, которые за пять лет правления Ким Чен Ына изменили облик Пхеньяна. Люди, долго работающие в Северной Корее, отмечают, что внешний вид столицы менялся с середины 1980-х гг. мало, но динамика скакнула после прихода Ким Чен Ына. С 2012 по 2017 гг. сданы крупные высокоэтажные жилые кварталы улиц Чханчжон, Ынха, Мирэ, Рёмён. Появился аквапарк Мунсу, центр для занятий конным спортом Мирим, площадка аттракционов Рынра, Дворец науки и технологий и другое. Пхеньян получил современный международный аэропорт Сунан. Активно строят (хотя и не столичными темпами) и в провинции, где выделяется Вонсан и прилежащие районы. Практически во всех крупных городах – Хамхын, Чхончжин, Синыйчжу, Расон, Кэсон и других – идет масштабное жилищное строительство.

Реформы в финансовой сфере продвигаются небыстро, но, согласно данным китайских экспертов, в стране работают уже 30-40 коммерческих банков, все большее распространение получают местные пластиковые карточки. Постепенно улучшается ситуация с обеспечением электроэнергией. Заметно больше автомобилей, на улицах много такси. Развивается телекоммуникационный сектор, включая мобильную связь. Количество абонентов мобильной сети насчитывает уже более трех миллионов человек. Человек со смартфоном в Пхеньяне – обычная картина. Жители стали лучше одеваться, покупают все более дорогую технику. Среди бизнесменов появились весьма зажиточные люди.

В самых разных отраслях промышленности активно внедряются новые технологии. Вообще, ставка на использование самых последних достижений науки и техники в производстве и экономике стала одним из приоритетов Ким Чен Ына. Сам Ким всячески подчеркивает готовность обеспечивать высокий (по меркам Северной Кореи) уровень жизни ученых, инженеров, передовых техников. Научные работники в КНДР сейчас входят в число наиболее желанных кандидатов в мужья.

Получить достоверную статистику по макроэкономическим показателям КНДР очень сложно, а циркулирующие в СМИ и отчетах зарубежных институтов цифры приблизительны. Согласно данным Центробанка Республики Корея, с 2012 по 2014 г. рост ВВП Северной Кореи составлял от 1 до 1,3%, а в 2015 г. рост стал отрицательным — минус 1,1%. Это плохо согласуются с явно видимыми доказательствами развития экономики, а потому наиболее приближенной к реальности цифрой роста северокорейского ВВП считается уровень 3-4 процента в год. Можно сказать так: никогда за всю историю существования КНДР уровень развития и благосостояния не был таким высоким, как при Ким Чен Ыне.

С другой стороны, все эти улучшения носят косметический характер. Высока вероятность, что реализуется потенциал роста, всегда имевшийся в рамках существующей системы. Это своего рода эффект «низкой базы», когда первые успехи выглядят впечатляющими и достигаются относительно легко, а для последующих улучшений необходимо уже больше усилий. Чтобы радикально изменить ситуацию, Пхеньян должен согласиться как на серьезные реформы, открытость, так и на радикальные перемены в структуре экономики, а также привлечь крупномасштабные зарубежные инвестиции. Однако руководство Северной Кореи прекрасно помнит, чем это закончилось для стран Восточной Европы и СССР. Политику Ким Чен Ына в экономике можно назвать негласными реформами с введением элементов рынка при максимальной закрытости и сохранении политической системы и идеологии.

Вооруженные силы и безопасность

Северная Корея давно определилась с «асимметричным ответом» на военную мощь США – создание и совершенствование ядерного оружия и средств его доставки, в первую очередь баллистических ракет. КНДР провозгласила себя ядерной державой, зафиксировав этот статус в апреле 2012 г. соответствующими поправками в Конституцию. В сфере ракетных, а также ядерных военных технологий страна добилась при Ким Чен Ыне впечатляющих успехов. Специалисты признают, что теперь Пхеньян имеет арсенал, способный угрожать не только Южной Корее, Японии и расположенным там базам США, но и американским базам на Гуаме. 4 июля 2017 г. КНДР успешно испытала баллистическую ракету «Хвасон-14», которая, как считают многие эксперты, способна нанести удар и по континентальной части Соединенных Штатов.

Ракетостроение развивается по самым разным направлениям. Судя по испытаниям, КНДР нацелилась на создание полноценных арсеналов всех видов баллистических ракет — малой, средней дальности, межконтинентальных, ракет-носителей со спутниками, твердотопливных и жидкотопливных, как наземного, так и подводного базирования, способных маневрировать на конечном этапе полета и пр. По ракетным запускам КНДР есть подробные данные, которые наглядно показывают, насколько активизировался Пхеньян в этой сфере. Если за 17 лет правления Ким Чен Ира с 1994 по 2011 гг. произведено в общей сложности 15 запусков баллистических ракет трех типов, то при Ким Чен Ыне за пять с половиной лет – с конца 2011 г. по начало июля 2017 г. – число запусков возросло до 79, а испытанных модификаций – до 12, среди которых более половины — совершенно новых типов.

По части ядерного оружия успехи Северной Кореи также хорошо заметны. До сих пор она произвела в общей сложности пять испытаний ядерного оружия, три из которых пришлись на годы правления Ким Чен Ына. Многие эксперты считают, что уже к 2020 г. у Пхеньяна будет от 20 до 100 готовых ядерных боезарядов.

Военно-промышленный комплекс КНДР добился успехов и в создании обычных вооружений. Появились новая система ПВО «Понгэ-5», создана 300-мм ракетная системы залпового огня KN-09, разработаны новые типы противокорабельных ракет и систем, созданы два новых вида противотанковых ракетных комплексов и т.д. Все это выглядит особенно впечатляюще, учитывая, что КНДР находится в международной изоляции, а северокорейских специалистов всеми силами отсекают от любого сотрудничества, которое хотя бы косвенно может быть использовано для ВПК.

Международные отношения

Если в экономике и военной области при Ким Че Ыне Северная Корея добилась успехов, то в международных отношениях все с точностью до наоборот. В целом внешнеполитическая ситуация для КНДР заметно ухудшилась – такой ценой Пхеньян заплатил за развитие ракетных и ядерных программ. За прошедшие пять лет только по линии ООН были приняты пять резолюций (в 2013 г. — № 2087 (январь) и № 2094 (март), в 2016 г. — № 2270 (март) и № 2321 (ноябрь), в 2017 г. — № 2356 (июнь)).

С Китаем, главным политическим и торгово-экономическим партнером, отношения заметно охладели. Пекин хотя и отказывается вводить полноценную экономическую блокаду Северной Кореи, но за прошедшие годы поддержал ужесточение международных санкций в отношении Пхеньяна. С Соединенными Штатами в самом начале была надежда на достижение прорыва, так как Вашингтон и Пхеньян практически договорились в конце февраля 2012 г. «разменять» мораторий Северной Кореи на новые ракетные и ядерные испытания на гуманитарную помощь. Сделка сорвалась. При президенте Обаме США и их союзники избрали тактику «стратегического терпения», отказываясь от каких-либо переговоров с до тех пор, пока КНДР не предпримет шагов в сторону денуклеаризации. На каждый ракетный пуск Пхеньяна американцы отвечали ужесточением односторонних санкций. Приход к власти в конце 2016 г. Дональда Трампа, склонного к импульсивным решениям, еще более накалил обстановку. Это стало очевидно весной 2017 г., когда многие эксперты всерьез заговорили о возможности полномасштабного военного конфликта в регионе. Худшего сценария в итоге удалось избежать, но напряженность остается.

Межкорейские отношения с самого начала правления Ким Чен Ына были сложными. Приход к власти в Республике Корея Пак Кын Хе начался с попыток Сеула что-то сделать на межкорейском направлении, но ракетные и ядерные испытания, проведенные КНДР в начале 2016 г., привели к тому, что Сеул прекратил любые виды сотрудничества с Пхеньяном. Надежды на возобновление межкорейского диалога возродились в мае 2017 г., после победы на выборах в Южной Корее прогрессивного лагеря во главе с нынешним президентом Мун Чжэ Ином, который взял курс на развитие связей Юга и Севера. Но вопрос о реализации этого потенциала выходит за рамки статьи. По итогам первых пяти лет правления Ким Чен Ына можно констатировать, что межкорейское сотрудничество практически прекратилось.

С Россией Пхеньян намерен развивать дружественные отношения. Хотя Москва поддерживала новые санкции, это не привело – как в случае с Китаем – к общему охлаждению. Даже наоборот, можно сказать, что период с 2014 г. стал лучшим в истории связей Москвы и Пхеньяна после распада СССР. Но все ограничилось лишь политическими жестами, обменами в области культуры и «народной дипломатией». В экономике Москва по объективным причинам не превратилась для Пхеньяна в альтернативу Пекина. Все перспективные проекты приостановлены из-за международных санкций и нежелания Сеула в них участвовать. Единственным более или менее заметным российско-северокорейским проектом остается логистический проект «Хасан-Раджин», начавший полноценную работу в 2014 году.

Нерешенные проблемы

В целом Ким Чен Ын вправе занести пять лет правления себе в актив. Несмотря на международные санкции и попытки ряда иностранных держав расшатать систему, признаков серьезной нестабильности нет. Ким Чен Ын по сути гарантировал себе возможность вести страну в направлении, которое выбрал, а не куда его будут толкать внешние силы. Насколько можно судить по настроениям в обществе, корейцы гордятся своей Родиной, а в условиях контролируемого притока внешней информации уверены, что живут достаточно хорошо. Ким Чен Ын смог избавить государство от работы в условиях кризисно-аврального режима, который объяснялся голодом 1995–1998 гг. и его последствиями, и вернуть его к нормальной (с точки зрения КНДР) жизни.

Но отношения с внешним миром ухудшились, против Северной Кореи введены несколько новых пакетов более жестких экономических санкций. Периодически противостояние на полуострове угрожает перерасти в открытую войну. В экономике нельзя говорить о фундаментальном сдвиге, в ближайшем будущем может начаться стагнация.

Несмотря на укрепление своего положения, Ким Чен Ын сам представляет отчасти слабое звено с точки зрения стабильности. Он чрезмерно сконцентрировал власть и не имеет советников, способных предоставить альтернативное мнение. Сам Ким до сих пор не провел ни одной встречи с иностранными лидерами, ни разу не выезжал за рубеж. В этой ситуации какое-либо происшествие с вождем и его смерть даже по случайным причинам может обезглавить систему, не создав отработанной системы преемственности. Несмотря на молодой для главы государства возраст в 33 года, Ким страдает от избыточного веса и, возможно, ряда болезней.

Какие бы усилия ни предпринимали власти, информация извне все больше проникает в КНДР, позволяя рядовым гражданам понимать, что ситуация в мире отличается от той, которую преподносит им пропаганда. Новому молодому поколению десятилетиями повторяемые лозунги и призывы приедаются, а потому властям Северной Кореи неизбежно придется предпринимать усилия, чтобы обеспечить лояльность народа.

Заключение

Пожалуй, самый главный вывод, который можно сделать после первых пяти лет правления Ким Чен Ына, заключается в том, что Северная Корея в обозримой перспективе продолжит оставаться независимым государством, а ее руководство хорошо контролирует ситуацию и проводит самостоятельную политику. России, имеющей общую границу с КНДР, крайне важно представлять, что происходит в этой стране, какие могут быть дальнейшие сценарии, а также прогнозировать как возможные вызовы и угрозы для своих интересов, так и новые возможности сотрудничества и развития. России необходимо выстраивать политику в отношении Пхеньяна, исходя из того, что – нравится это или нет – нам придется иметь дело как минимум в ближайшем будущем именно с КНДР как самостоятельным государством и ее лидером в лице Ким Чен Ына. Все прогнозы по поводу нестабильности ситуации, слабости позиции Кима и близком крахе режима не подтвердились.

Среди тактических задач, на решение которых необходимо обратить внимание, – установление канала общения непосредственно с лидером КНДР, полностью монополизировавшим процесс принятия решений. Насколько известно, пока никто из официальных лиц Российской Федерации так и не смог встретиться и пообщаться с Кимом после его вступления на пост главы КНДР, а единственном контактом является короткий момент в 2010 г., когда в ходе одного из массовых мероприятий, Ким Чен Ир подвел Ким Чен Ына к российской делегации и сказал примерно следующее: «Знакомьтесь, он возглавит после меня страну». С тех пор, несмотря на заметное потепление и сближение в отношениях Москвы и Пхеньяна, контактов российских представителей с главой КНДР не было.

} Cтр. 1 из 5