Вступительное слово главного редактора
Вся новейшая история Франции – череда попыток восстановить утраченное величие в отсутствие необходимых для этого средств. Но как бы то ни было, Париж обычно находил способы компенсировать слабость и сохранять прочные мировые позиции.
Возникнув как средство национального самоутверждения, Португальская империя оставила глубокий отпечаток в сознании народа. Ностальгия по мифическим садам имперского Эдема лишила португальцев способности смело и творчески решать современные проблемы и использовать новые возможности.
Идеи пантюркизма и проявления крайнего национализма уходят корнями в эпоху Османской империи. Стремление к созданию единого тюркоязычного пространства под патронатом Анкары в сочетании с исламским мессианизмом формирует специфическую идеологическую атмосферу.
Распад Габсбургской империи застал врасплох два ее государствообразующих народа – австрийцев и венгров. В поисках национальной идентичности и те, и другие прошли тяжкий путь – от составной части лоскутной державы и до членства в союзе европейских государств. По сути, сформировались две новые нации.
Детей иммигрантов призывают «интегрироваться» во французское общество, даже не удосужившись проанализировать причины отсутствия у них равных прав и возможностей. Складывается впечатление, будто молодые жители гетто повинны в их дискриминации. Образ успешного иммигранта эксплуатируется в средствах массовой информации и противопоставляется дерзким "хулиганам" и "террористам"...
В течение десятилетий дискуссии, связанные с различиями в менталитетах и ассимиляцией иммигрантов из Северной Африки, считались во Франции несовместимыми с принципами демократии. Но замалчивание проблемы привело к возрастанию межнациональной неприязни и введению комендантского часа, что никак не согласуется с демократическими нормами.
Парламентские выборы в Афганистане завершили процесс формирования новой государственности. Теперь главная задача всех ответственных сил вне зависимости от их взглядов – привить афганцам навыки жизни при демократической форме правления, не взрывая привычного уклада жизни.
Еще недавно специалисты полагали, что на ближайшие пять – семь лет власти государств Центральной Азии смогут обеспечивать относительно спокойное развитие своих стран. Последние события на постсоветском пространстве заставляют существенно скорректировать эти прогнозы.
Хорошая жизнь не рождается из страха, а прямую связь между активностью палачей и снижением количества особо тяжких преступлений не заметил еще ни один добросовестный исследователь. Сохранение смертной казни не отвечает не то что нынешнему курсу России, а и нашим либеральным традициям.
На Западе, особенно в Соединенных Штатах, наблюдается неблагоприятная для России тенденция. Нашу страну исключают из числа великих держав, недооценивают динамику и перспективы ее развития. Такую политику трудно назвать дальновидной.
При любых обстоятельствах Соединенные Штаты готовы защищать свои интересы, ценности и друзей. Такой подход позволяет наилучшим образом реализовать всё еще многообещающие перспективы американо-российского партнерства.
Более трех десятилетий системы предупреждения о ракетном нападении и ПРО оставались ключевым фактором стратегического соперничества между СССР/Россией и Соединенными Штатами. В новых условиях они, напротив, могли бы сыграть серьезную позитивную роль в консолидации усилий обеих стран.
Недавние вспышки птичьего гриппа, атипичной пневмонии, лихорадки Эбола и коровьего бешенства нанесли серьезный удар по мировой торговле и перевозкам. Вирусы, которые возникают у животных, сегодня, как никогда, угрожают человечеству, однако наши усилия по охране здоровья остаются опасно ограниченными. Наступает время для нового глобального подхода.
Идея судебного процесса в отношении Саддама Хусейна состоит в том, чтобы показать всему миру: как бы высоко ни вознесся правитель, он может быть призван к ответу и предан суду в соответствии со всеми принятыми в цивилизованном мире нормами.
Судьбоносный вопрос состоит в том, является ли милитаризированная империя естественной формой существования России, как утверждают консерваторы, или же, наоборот, эта модель, дважды приведя державу к краху, окончательно изжила себя?
Радикальный ислам распространяется по
Европе среди потомков иммигрантов из мусульманских стран. Лишенные гражданских прав, разочаровавшиеся в возможностях интеграции, европейские мусульмане объявили Западу джихад.
На протяжении всей своей истории шииты в арабских странах подвергались гонениям, ощущали себя людьми второго сорта.
Исчезновение империи,
«над которой никогда не
заходило солнце», вызвало надлом в английском самосознании, лишило его привычной целостности.
В последнее время ведущие российские и зарубежные эксперты единодушно высказывают мнение о том, что отношения между Россией и Европейским союзом, на которые возлагали так много надежд в 1990-х и в начале 2000-х гг., зашли в глухой тупик.
Монография Сергея Кортунова, вышедшая в серии «Межрегиональные исследования в общественных науках», является знаковым событием.