|
| Наша первая пятилетка |
Федор Лукьянов
У журнала «Россия в глобальной политике» – круглая дата. Пять лет назад, в январе 2003 года, в свет вышел первый регулярный номер. В масштабах истории срок скромный, но скорость и плотность изменений таковы, что впору, как и прежде, считать «год за два», а то и больше. |
| Глобальная роль России и европейская идентичность |
Владимир Лукин
История России изобилует «государственническими» проектами, в основе которых лежит одна идея: превратить граждан в «винтики» «хорошо смазанной» государственной машины. Только она якобы способна обеспечить «общее благо», критерии которого определит бюрократический аппарат. |
| Многополярность и демография |
Анатолий Вишневский
Позиции России в «северном клубе» могут опираться на тот факт, что по численности населения она вторая после США и первая в Европе страна. Но рядом с Китаем или Индией данный аргумент перестает действовать. Слишком тесные союзы с такими гигантами могут полностью лишить Россию самостоятельной роли. |
| Соотечественники в российской политике на постсоветском пространстве |
Игорь Зевелёв
Проблема соотечественников в России – это наследие империи. В течение полутора десятилетий после распада Советского Союза страна жила с этим наследием, проводя малоэффективную политику, но и не допуская крупных ошибок. Задача будущего – научиться защищать соотечественников и использовать их потенциал в своих интересах, избегая неоимперских соблазнов. |
| «Слоеный пирог» национальной политики |
Алла Язькова
Россия была одной из немногих стран мира, где на предшествующих этапах истории «плавильный котел» создал сильный в своей основе этнос. В итоге сформировалось Российское государство, объединившее другие народы. Некоторые из них имели свои государственные образования, у других политическая идентичность формировалась уже в составе России. |
| Ядерное разоружение: проблемы и перспективы |
Виктор Есин
Застой, воцарившийся в сфере контроля над ядерными вооружениями, необходимо преодолеть. При всех возможных несовершенствах наличие данного режима более благоприятно для международной безопасности, чем его отсутствие. Однако он может прекратить существование на рубеже 2012 и 2013 годов, если руководители России и США не проявят политическую волю. |
| Упорядоченная оборона |
Ричард Беттс
Сегодня Соединенные Штаты тратят на оборону в реальном исчислении больше, чем когда-либо в истории. При этом отсутствует убедительное обоснование необходимости столь впечатляющей военной мощи. Причина подобного положения в том, что без политических стимулов для обуздания аппетитов правящий класс утратил способность ясно мыслить, когда дело касается оборонной политики. Новая мантра Вашингтона должна звучать так: «Полтриллиона долларов – это больше чем достаточно». |
| Война на аутсорсинге |
Вероника Крашенинникова
Когда частному подрядчику отдается функция, на которую по определению распространяется государственная монополия (применение военной силы), возникает беспрецедентная система отношений между государством, вооруженными силами и бизнесом. Что дает «приватизация войны»: новые возможности или невиданные проблемы? |
| Американские выборы и внешняя политика |
Александр Терентьев
Вопреки традиции внешняя политика превратилась в одну из главных тем президентской кампании в США. Проблема глобального лидерства Америки и последствий этого для населения страны – в центре внимания всех основных претендентов. |
| Цена сдерживания Ирана |
Вали Наср, Рей Такей
Администрация Буша намерена сдерживать Тегеран, опираясь на поддержку суннитских арабских государств. Сдерживание Ирана Вашингтон считает главным направлением своей ближневосточной политики – способом стабилизировать ситуацию в Ираке, ослабить движение «Хезболла» и возобновить арабо-израильский мирный процесс. Но эта стратегия неразумна и непрактична. Скорее всего, она еще больше дестабилизирует и без того неспокойный регион. |
| Иран: взгляд без предубеждения |
Александр Лукоянов
Исламская революция завершилась со смертью имама Хомейни и его ближайших единомышленников. Иран давно вернулся на путь развития традиционных капиталистических отношений и постепенно освобождается от препятствующих этому элементов революционного наследия. |
| Европа, Россия, США: новые величины старого уравнения |
Тома Гомар
Для Европейского союза речь идет не о выборе между Россией и Соединенными Штатами, а лишь о том, чтобы эти две страны не сделали выбор за него. Традиционная приверженность Европы главенству международного права, безусловно, необходима, но уже недостаточна в отношениях с двумя крупнейшими державами. |
| Как развязать гордиев узел между ЕС и Россией? |
Кари Лиухто
Вместо того чтобы строить стратегическое партнерство лишь на словах, Евросоюзу и России следует заняться составлением списка оперативных задач, ориентированных на середину будущего десятилетия. Сделав это, мы развяжем гордиев узел, не прибегая к способу, которым воспользовался Александр Македонский. |
| Россия и ЕС: энергетическое сотрудничество неизбежно |
Филип Хэнсон
Опасения в связи с тем, что Москва попытается использовать газ как инструмент политического давления, сильно преувеличены. Чтобы Кремль «перекрыл кран» Германии, Франции, Австрии или Италии, ситуация должна балансировать едва ли не на грани войны. Это крайне маловероятно. |
| Управление рентой как основа стабильности |
Клиффорд Гэдди
Ренационализация не обязательно входит в планы Владимира Путина. Права собственности в современной России условны, принципиально то, кто контролирует потоки ренты. Модель управления рентой помогает понять, почему дискуссии о государственной и частной собственности могут сбить с толку. |
| Кто виноват в карабахском тупике? |
Фуад Ахундов
Вопреки надеждам окончание холодной войны не привело к укреплению общей безопасности. Одна из причин этого – резкое обострение «локальных» конфликтов, вспыхнувших главным образом на территории бывших социалистических федераций – СССР и СФРЮ. |
| «Нам грозит более опасный период, чем холодная война» |
Георгий Арбатов
Во времена холодной войны нас тревожило, что противник может сделать что-то плохое. Сегодня мы должны опасаться того, что стороны не делают ничего хорошего. Они рассчитывают, что все будет идти так, как идет сегодня. Но ситуация постоянно меняется. |
| «Идея сдерживания когда-то превратилась в догму» |
Збигнев Бжезинский
Можно ли было избежать холодной войны? Вполне вероятно – при более просвещенном советском руководстве и несколько менее встревоженном руководстве западном. Но рассчитывать на то, что существует исчерпывающий ответ на данный вопрос, не приходится. |
