Этот номер журнала был уже практически сверстан, когда пришлось отложить почти все подготовленные материалы и начать работу заново.
В ближайшей перспективе придется считаться с государствами и их узкокорыстными интересами, чтобы не сорваться в пропасть. Выверяя каждый шаг, нужно стремиться к политике непричинения зла. Иначе мы окончательно заблудимся и погибнем.
Крупнейший вызов, с которым мы сталкиваемся, заключается в необходимости создать поистине представительную структуру мирового управления, отражающую глобальные реалии и обеспечивающую справедливый баланс влияния. На протяжении двух сроков Билла Клинтона и двух сроков Джорджа Буша шагов к созданию такой системы, способной интегрировать Россию, Китай и Индию, сделано не было.
Мир сегодня находится на расстоянии световых лет от горбачёвской эпохи с характерными для нее оптимистическим видением и «новым политическим мышлением». Обещанная стабильность международных отношений не наступила, и самым распространенным способом решения конфликтов остается сила.
Сейчас не американский век, не западный век и не конец истории. Это по-прежнему время, когда противоборствующие национальные ценности и амбиции так же важны, как и в прошлом. Предстоящий период по-прежнему будет отмечен не только международной напряженностью, но и локальными конфликтами с применением силы, а также угрозами со стороны негосударственных акторов.
Переход от политкорректного выяснения отношений к действиям конфронтационного характера назревал давно. Признав Абхазию и Южную Осетию, Россия показала Западу, что навязываемая ей модель партнерства, построенная на лицемерии и двусмысленностях, не может дальше работать.
Дальнейшее развитие России невозможно без мощного проекта по борьбе с коррупцией. Новая холодная война со стороны Запада будет вестись под лозунгами противодействия «российской мафии». И это надо использовать как повод для самоочищения и начала собственной операции «Чистые руки».
Действия грузинской стороны во время боевых действий представляются странными и нерациональными, если исходить из того, что Тбилиси хотел одержать победу. Но если предположить, что истинной мотивацией служило спровоцировать полномасштабный конфликт Москвы с внешним миром, все встает на свои места.
Статус России как одной из великих держав неотделим от постсоветского пространства. Оно является оплотом реального стратегического влияния Москвы в мире, единственным живым остатком некогда могущественного Союза и, в конце концов, шансом России на мировое возрождение.
Многовекторная дипломатия, принцип которой на протяжении долгого времени исповедовали все государства СНГ, больше не приносит желаемых результатов. Игра на противоречиях крупных игроков хороша, пока все участники партии следуют общим правилам. В противном случае она опасна.
Создан прецедент перекройки границ бывших союзных республик СССР. То, на чем держался постсоветский мир начиная с декабря 1991 года, рухнуло. На карте бывшего Советского Союза появились два новых государства. И доводы о том, что они, мол, признаны только Россией, по сути, ничего не меняют.
Продолжение украинизаторской политики будет способствовать росту и без того усилившегося дискомфорта восьми миллионов русских и создавать новые возможности для углубления ирредентизма. Если политическая мобилизация русских граждан Украины выльется в создание «русской» партии, то Киев столкнется с трудной проблемой.
Внешняя политика Москвы основана на идее державничества: либо Россия – великая держава, либо она полный ноль. В основу курса на мировой арене положены постимпериалистические и националистические интересы. Президент Дмитрий Медведев и его премьер-министр выбрали гордое одиночество.
Взаимоотношения России и Соединенных Штатов приобретают новое качество. Москва и Вашингтон могут сотрудничать по отдельным частным вопросам, но стратегически каждый сам по себе – точно не в одной лодке. Каждый сел в свою.
Если придерживаться реалистичного взгляда на вещи, то следует констатировать: в отношениях между Россией и США сотрудничество соседствует с соперничеством, что для любых двух крупных держав в порядке вещей. Нормальные отношения на основе уважения – это все, что нужно, чтобы попытаться справиться с задачами, которые стоят перед обеими странами.
Подъем КНР неизбежно приведет к завершению однополярного момента Соединенных Штатов. Но это не обязательно является альтернативой между насильственной борьбой за власть и свержением западной системы. Возглавляемое США международное устройство может сохранить доминирующее положение и после того, как интегрирует усилившийся Китай, но только в том случае, если Вашингтон немедленно приступит к укреплению существующего либерального порядка.
Пекин не стремится брать на себя бОльшую ответственность за мировую экономику. Чтобы подвигнуть Китай к поведению, которое отвечало бы всеобщим интересам, Вашингтон должен обратиться к нему с предложением разделить глобальное экономическое лидерство.
Почти одновременное появление публикаций в США и Китае на тему «партнерства равных» и «совместного господства» указывает на возможность создания новых альянсов, способных изменить расстановку сил в глобальном масштабе.
Главная цель игры, которую навязывают России, – сорвать модернизацию страны. Поэтому во что бы то ни стало нужно сохранять и приумножать личные свободы граждан, расширять поле их политических свобод, делать экономику более эффективной, борясь с коррупцией и бюрократизацией.
Америка ставит Европу перед необходимостью все более сложных решений.
По мере того как несостоявшийся гегемон теряет абсолютное превосходство, он делает всё более резкие движения ради сохранения контроля над ключевыми странами и регионами.
Каковы варианты развития сирийского конфликта? Какую роль играют Россия, Запад и страны Востока в его урегулировании?
Грузинам, которые всегда ценили свою культуру и историю, предлагается забыть о прошлом, чтобы его химеры не мешали светлому будущему.
История Беловежских соглашений для россиян сейчас выглядит почти детской сказкой.
Как ценитель тонкой дипломатии, Генри Киссинджер находит немало поводов для восхищения Китаем.
Анализировать политические события, современником которых является исследователь, – занятие непростое.