Вступительное слово главного редактора
Терроризм и исламский экстремизм не победить одной лишь военной силой. Победа должна быть одержана прежде всего в сфере идеологии, а для этого придется вспомнить опыт холодной войны. Причем прежние противники – Москва и Вашингтон – обязаны объединить свои усилия и возможности для борьбы против общего врага.
В Средние века вся Европа внимала мудрости мусульманских ученых, но впоследствии такие понятия, как «творчество», «рационализм», «обновление», выпали из лексикона ислама. Критическое, аналитическое мышление оказалось под запретом. Табу на новые толкования Корана консервировало и мысль, и общественные отношения.
Внутренняя политическая стабильность – необходимое условие того, чтобы в России появилась гибкая, но устойчивая и эффективная государственная система. Стремление к стабильности означает, что в течение достаточно длительного времени тип правления в этой стране будет скорее авторитарным.
Стремительная военная победа США в Ираке подготовила почву для создания новой системы безопасности в Персидском заливе. Однако, по иронии судьбы, даже несмотря на уход Саддама с политической сцены, проблемы будут в определенной мере усугубляться. Три основных вызова состоят в следующем: власть в Ираке, иранская программа по созданию ядерного оружия и внутренняя нестабильность в государствах – членах Совета по сотрудничеству стран Залива. Ни одна из этих проблем не имеет простого решения, не говоря уж обо всех трех сразу.
После атак 11 сентября 2001 года администрация Буша оказывает давление на все страны мира, ставя их перед простым выбором: «С кем вы – с Соединенными Штатами или с террористами?» Столь жесткая постановка вопроса сочетается со стремлением расширить войну с террором. Однако в результате распространения ее и на Ирак Вашингтон отвратил от себя многих естественных и потенциальных союзников и осложнил борьбу с «Аль-Каидой». Такое не должно было случиться. Белый дом повел себя так, будто его не волнует, что думают другие. И за эту ошибку приходится платить.
Международная стабильность времен холодной войны, в основе которой лежал принцип гарантированного взаимного уничтожения СССР и США в случае ядерного конфликта, ушла в прошлое. Как теперь обеспечить стратегическую стабильность? И насколько вообще устойчиво мироустройство, в котором больше нет соперничества двух сверхдержав?
В ближайшие десять-пятнадцать лет мировая гегемония доллара будет разрушена. Костяк новой международной системы составят два-три десятка наиболее значимых валют, замкнутых в высокоэффективную сеть скоростных расчетов. Такая смена формата может кардинально улучшить позиции российского рубля и сменить ориентиры национальной валютной политики.
Россия по определению будет самым влиятельным игроком на глобальном газовом рынке: крупнейшие в мире запасы голубого топлива принадлежат именно ей. Формирование всемирного рынка торговли газом неизбежно, однако на этом пути следует ожидать множество проблем.
Зарождающийся глобальный рынок природного газа способен удовлетворить растущий спрос на электрическую энергию во всем мире. Собственные американские запасы газа истощаются, но огромные неразрабатываемые источники этого сырья в других местах планеты становятся доступными как никогда. Сегодня газ может подвергаться сжижению, перевозке и быть эффективно использован. Новая энергетическая взаимозависимость создаст новые риски – но каждый из них можно регулировать посредством надлежащей диверсификации.
Мусульманская вера не только не противопоставляет себя знаниям, но и призывает людей стремиться к просвещению. Отставание в развитии, характерное для государств Ближнего Востока, – не порождение ислама, а результат проводимой политики, считают авторы второго Доклада о человеческом развитии в арабском мире.
Мировое сообщество любит сетовать на чрезмерную силу Америки и односторонний характер ее политики. Лучше бы сторонники коллективных действий приложили усилия к тому, чтобы создать новую, жизнеспособную международную систему взамен существующей.
Исторический путь тернист, но и на новом витке развития Центральная Азия придет к особым отношениям с Россией. Без тесного сотрудничества с этим давним и проверенным соседом у стран Центрально-Азиатского региона просто нет будущего. Однако движение должно быть встречным. Только в таком случае – и это проверено многовековой практикой – можно достичь максимального эффекта.
Попытки сгладить неравенство путем пересмотра результатов приватизации или посредством полного изъятия природной ренты не приведут к успеху. В лучшем случае Россия будет втянута в бесконечный цикл переделов собственности и ее последующей концентрации.
Европейский союз и впредь останется сообществом, открытым для всех тех стран Старого Света, которые готовы выполнить условия членства в ЕС. Если такую готовность проявит российский народ, двери, безусловно, должны быть открыты и для него.
Полемика между сторонниками и противниками глобализации продолжается. Впрочем, для трезвомыслящих наблюдателей это звучит так же нелепо, как если бы речь шла о сторонниках и противниках вращения Земли или смены времен года.
Статья Тимофея Бордачёва и Татьяны Романовой «Модель на вырост», опубликованная в журнала «Россия в глобальной политике» (2/2003), посвящена важной теме – стратегии России в отношении Европейского союза (ЕС). Оговорюсь сразу: в статье много верного и заслуживающего внимания. Однако интересна она не столько с точки зрения конкретных проблем, существующих в отношениях России и ЕС, сколько в свете мировоззрения авторов, представляющих новую внешнеполитическую философию, завоевывающую все больше сторонников в российском экспертном сообществе и политической элите.
Рискну утверждать: даже «несмотря на многочисленные заявления высшего руководства», Россия по-прежнему не вполне европейская страна. Впрочем, таковы и Соединенные Штаты, что не мешает им быть страной по-настоящему западной, демократической и рыночной. И Япония – это тоже не европейская страна, в которой, тем не менее, существуют и рыночная экономика, и демократические выборы.
Каковы варианты развития сирийского конфликта? Какую роль играют Россия, Запад и страны Востока в его урегулировании?
Грузинам, которые всегда ценили свою культуру и историю, предлагается забыть о прошлом, чтобы его химеры не мешали светлому будущему.
История Беловежских соглашений для россиян сейчас выглядит почти детской сказкой.
Как ценитель тонкой дипломатии, Генри Киссинджер находит немало поводов для восхищения Китаем.
Анализировать политические события, современником которых является исследователь, – занятие непростое.