Дискуссии о перестройке обречены на то, чтобы иметь налет сослагательности. Явно или неявно всегда возникает вопрос: а могло ли все пойти иначе? В какой мере тот вектор развития страны был предопределен объективными факторами, а в какой стал результатом стечения обстоятельств, ошибок или прозрений отдельных лидеров?
Опора на природные богатства, как на основу развития, не только создает экономические проблемы, но и толкает власти к принятию неадекватных политических решений. Примеры легко найти не только в недавней, но и в довольно отдаленной истории.
Новый срок президентства Владимира Путина должен ознаменоваться реализацией второго этапа Стратегической программы реформ, разработанной в 2000 году. Правда, в силу российской специфики новая инвестиционная модель экономического роста уязвима с политической точки зрения.
После краха коммунизма Центральная и Восточная Европа, а также бывший СССР стали полигоном, на котором обкатывалась деятельность по оказанию международной помощи. Опыт 1990-х убеждает: помощь «дешевыми деньгами», которые выделяют развитые страны и международные финансовые институты, малоэффективна.
Каковы варианты развития сирийского конфликта? Какую роль играют Россия, Запад и страны Востока в его урегулировании?
Грузинам, которые всегда ценили свою культуру и историю, предлагается забыть о прошлом, чтобы его химеры не мешали светлому будущему.
История Беловежских соглашений для россиян сейчас выглядит почти детской сказкой.
Как ценитель тонкой дипломатии, Генри Киссинджер находит немало поводов для восхищения Китаем.
Анализировать политические события, современником которых является исследователь, – занятие непростое.