Заключение с Европейским союзом всеобъемлющего и юридически обязательного соглашения в сфере энергетики, может оказаться для России весьма выгодным. Хотя придется поступиться монополистическими, силовыми и рентными привычками, выигрыш будет несопоставимо больше краткосрочных тактических потерь.
Популярная ныне идея о расширении энергетического взаимодействия с Китаем и Индией – предложение вполне здравое. Но при этом надо отдавать себе отчет в том, что такое сотрудничество ограничено целым рядом объективных факторов. А главное – диверсификацию рынка сбыта нельзя превращать в геополитический инструмент.
Если Россия хочет быть полноценным членом сообщества цивилизованных стран и ключевым игроком на энергорынке, необходима ясная картина того, что в нашей правовой системе иностранным компаниям можно, а что нельзя.
Трезвый анализ ситуации на мировом нефтяном рынке приводит к выводу: не существует серьезных объективных причин для того, чтобы цены на сырье были столь высокими. В перспективе же значение нефти неизбежно будет падать.
Будучи единственной полноценной евразийской державой, Россия обладает уникальным транспортным потенциалом. Экспорт транзитных услуг способен поднять национальную экономику и стимулировать ее отход от сырьевой ориентации. Но для этого к контролю над транзитом следует относиться как к бизнесу, а не как к геополитическому инструменту.
Каковы варианты развития сирийского конфликта? Какую роль играют Россия, Запад и страны Востока в его урегулировании?
Грузинам, которые всегда ценили свою культуру и историю, предлагается забыть о прошлом, чтобы его химеры не мешали светлому будущему.
История Беловежских соглашений для россиян сейчас выглядит почти детской сказкой.
Как ценитель тонкой дипломатии, Генри Киссинджер находит немало поводов для восхищения Китаем.
Анализировать политические события, современником которых является исследователь, – занятие непростое.