На утечку Wikileaks российские официальные представители предпочли отшутиться, и ничего иного сказать было и невозможно. Подобные материалы глупо всерьез комментировать и тем более опровергать, можно лишь принять к сведению. Ничего революционного опубликованные телеграммы не содержат, хотя кое-какие любопытные нюансы в общую картину добавить могут. Но не более того.

Повлияет ли случившееся на российско-американские отношения? Скорее всего – да, но не по той причине, что правящий тандем обидится и начнет саботировать «перезагрузку». Просто позиции собеседников по ту сторону Атлантики могут теперь ослабеть настолько, что ни о какой последовательной политике с их стороны речи вообще уже не будет.

Администрация Барака Обамы уже полгода ведет титаническую битву с сенаторами-республиканцами, пытаясь добиться ратификации договора СНВ. Белый дом совершил ошибку, показав собеседникам, до какой степени ему нужен результат. Уровень республиканских запросов немедленно вырос, а после крайне неудачного для демократов исхода промежуточных выборов торг и вовсе стал напоминать шантаж. При этом Вашингтон зачем-то обещает Москве, что добьется одобрения документа еще до конца года, хотя уже очевидно, что во время «сессии хромых уток», когда дорабатывает прежний состав Конгресса, этого сделать не удастся. В лучшем случае в 2011 году, но тогда с учетом изменившейся расстановки сил цена может и вовсе оказаться неподъемной для администрации.

Понятно, почему Обама так держится за СНВ. Без него вся логика отношений последних полутора лет начинает трещать по швам, а прогресс с Россией – вообще единственное, что демократическая власть может записать себе в актив во внешней политике. «Перезагрузка» - это своего рода пакетная сделка, различные составляющие которой (ядерное разоружение, ПРО, Иран и отчасти Афганистан) хоть и не увязаны напрямую, но зависят друг от друга. Если из этого пакета изъять Договор о СНВ, который составляет стержень диалогового процесса, едва ли стоит ожидать сохранения остальных взаимосвязей. Документы Wikileaks, например, подтверждают, что изменение российской позиции по Ирану стало следствием не переоценки Москвой иранской ракетно-ядерной угрозы, а стремления продвинуться в сближении с США. И в случае, если Вашингтон со своей стороны затормозит движение, то Россия может по-другому оценить риск, на который она идет, ухудшая отношения с влиятельным и не полностью предсказуемым региональным соседом. Ситуация с Афганистаном несколько иная, здесь у России и Соединенных Штатов есть совместимые интересы, но изменение общей атмосферы осложнит прогресс и на этом направлении.

Pасползание «перезагрузки» окончательно лишает Белый дом внешнеполитических козырей. 

Образуется заколдованный круг, поскольку расползание «перезагрузки» окончательно лишает Белый дом внешнеполитических козырей. Ему придется резко сдвигаться вправо, отказываясь от декларированных в первый год президентства принципов. Ведь у большинства программных идей Обамы (избавление от ядерного оружия, отказ от ставки на одностороннюю гегемонию США в мире, признание многополярности международной политики, более сбалансированная позиция на Ближнем Востоке и т.д.) не много сторонников в американском истэблишменте. 

Неспособность администрации Обамы добиться ратификации СНВ ставит перед Москвой вопрос о том, насколько вообще имеет смысл вступать в сложные переговорные отношения с Белым домом, у которого связаны руки. Конечно, у президента США весьма широкие полномочия для проведения внешней политики, далеко не на все требуется санкция Конгресса. Но как раз в российском случае от законодателей зависят несколько знаковых решений – СНВ, соглашение о сотрудничестве в ядерной сфере, наконец, пресловутая поправка Джексона-Вэника. К тому же администрации потребуется поддержка республиканцев по многим внутренним вопросам, а политический капитал, который приходится тратить в каждом случае, небезграничен. Если Кремль придет к выводу, что от Обамы, при всех симпатиях к нему в кругах российского руководства, уже ждать нечего, то предстоящие два года будут фактически потеряны для российско-американских отношений.

Неспособность Обамы добиться ратификации СНВ ставит перед Москвой вопрос о том, насколько вообще имеет смысл вступать в сложные переговорные отношения с Белым домом.

Wikileaks наносит Обаме очередной удар. Хотя система обмена конфиденциальными файлами между Пентагоном и Госдепартаментом, которая, судя по всему, и сделала возможной столь крупную утечку, была введена еще при прежней администрации, все шишки посыплются на демократов. Мало того, что консерваторы обвиняют их в наивной внешней политике с позиции слабости, так еще, оказывается, в правительственных ведомствах царит такой хаос, что конфиденциальные документы сотнями тысяч разлетаются по миру. И даже если сейчас будет проведено тщательное расследование, которое объявила Хиллари Клинтон, отмыться от репутации безответственных руководителей уже едва ли возможно.

Легко себе представить, сколь приподнятая атмосфера будет царить на этой неделе на саммите ОБСЕ в Астане, где Хиллари Клинтон сможет воочию увидеться со многими фигурантами опубликованной переписки. Надо полагать, особенно обрадуется, увидев госсекретаря США, президент Азербайджана Ильхам Алиев, размышления которого о российском тандеме в беседе с заместителем Клинтон Уильямом Бернсом, ныне преданы гласности. Участникам саммита можно посоветовать только одно – с высокой американской гостьей беседовать исключительно о погоде, благо в Канкуне одновременно открывается международная конференция по проблеме изменения климата. Все безопаснее, чем делиться сокровенным и наболевшим.

| Иносми