Когда полтора года назад на саммите НАТО в Лиссабоне была принята новая стратегическая концепция альянса, призванная ответить на вопрос о новой миссии блока в XXI веке, оценка экспертов была почти единодушной.
Парадокс внешнеполитического наследия Дмитрия Медведева заключается в том, что в историю он, вероятнее всего, войдет совсем не тем, чем, наверное, хотел бы сам.
США и Китай должны быть готовы воспринимать деятельность друг друга как естественную часть международной жизни, а не повод для беспокойства. Неизбежная тенденция к столкновению не должна приравниваться к сознательному стремлению сдерживать или доминировать.
Наступающее новое Средневековье вовсе не должно считаться постоянным чистилищем неопределенности – как ни странно, но во многих отношениях оно вселяет надежду, что наше нынешнее положение может разрешиться Возрождением, а не мировой войной.
Определение сходств и различий внешней политики будущей демократической России и нынешнего курса Путина/Медведева поможет разграничить глубинное и конъюнктурное. В чем состоят ключевые внешнеполитические интересы, не зависящие от правящего режима, а в чем особые интересы авторитарной власти.
По мере удаления от советского периода политические отношения с Балтией, вероятно, тоже будут становиться нормальными.
Возвращаясь к российскому курсу в сирийском вопросе, его можно признать успешным в главном компоненте — статусном.
Возвращение Путина к полноценному руководству страной и внешней политикой лишает возможности использовать схему «двойного ключа».
Белоруссия — идеальный повод для Европы продемонстрировать принципиальность и единство, которого нет практически ни по какому иному вопросу.
Предположения, что Россия окончательно теряет Ближний Восток, преждевременны.
Академик Евгений Примаков, автор небольшой книги с непримечательным названием «Мысли вслух», не нуждается в представлении.
Распад Советского Союза имел глубокие последствия для стран АСЕАН и АТР, связи с Россией в последние два десятилетия ослабли. Частично восстановив позиции на мировой арене, Москва по-прежнему проявляет небольшой интерес к Юго-Восточной Азии.
Экспертов и наблюдателей тревожит, что за последние два-три года появились признаки затухания внутреннего динамизма ШОС, соскальзывания в инерционность, расширения дисбалансов между основными сферами сотрудничества.
По мнению ряда грузинских и российских экспертов, стабильный Северный Кавказ – чуть ли не единственный общий интерес Грузии и России, на котором можно «здесь и сейчас» строить процесс примирения. Известно, однако, что строить сложнее, чем ломать.
Соединенным Штатам необходимо решить двойную задачу: сыграть роль проводника и гаранта более широкого и прочного единения Запада с включением в него России, а также выполнить функцию миротворца, сохраняющего равновесие между крупнейшими державами Востока.
Возвращение Путина, не растратившего своего потенциала недоверия к Америке, укрепляет дух соперничества двух держав.
ООН не может искусственно вырабатывать международный консенсус там, где его не существует. Она не может быть центром гармонизации национальных интересов, служить посредником между разными странами и примирять их, когда разногласия слишком глубоки, чтобы снимать их дипломатическими методами за столом переговоров.
«Умная» внешняя политика в мире еще только зарождается. Пока не как политическая практика и даже не как целостный проект, а лишь как разрозненный набор инновационных идей, которые рано или поздно преобразуют международную систему.
В руководстве правящей партии Японии практически нет политиков, знающих нюансы отношений с Россией. Пытаясь доказать электорату правомерность своего прихода к власти, демократы стараются восполнить собственную некомпетентность на российском направлении популизмом и националистической риторикой.
По мере дальнейшего смещения центра силы с евро-атлантического региона в Азию Турция продолжит политику ревизионистской риторики и прагматичных каждодневных действий во внешней политике. Формируется средняя держава с честолюбивым руководителем, которая порой переоценивает свои возможности, но нацелена на усиление позиций и влияния в период мирового экономического кризиса и быстро меняющихся обстоятельств.
События последнего времени окончательно убедили в том, что в России сложилась новая политическая ситуация.
Едва ли не главным содержанием следующего президентства Путина станет выработка модели сосуществования с Пекином на десятилетия.
Активизация Турции застала врасплох всех, но в особенности Европу, которая не понимает, как реагировать.
Игра в поддавки с Украиной закончена. Виктор Янукович начинает собственную игру.
Внешний мир тяготится российским тандемом. Надежды на то, что дуализм власти в России расширит поле для маневра, почти не оправдались.
В целом сезон 2010/2011 в российской внешней политике не стал ярким. Прогресс являлся в основном отголоском предыдущих событий.
Роль Генассамблеи ООН как гласа растущей части мира, вероятно, будет возрастать, и великие державы не смогут просто не обращать на нее внимание.
Партнерство России и Турции не означает раздел между ними Южного Кавказа. В условиях глобализации такие планы, даже если они приходят кому-то в голову, обречены на провал. «Закрыть» регион от мира не в силах ни Россия, ни Турция и даже обе они вместе взятые. Но они вполне в состоянии предотвратить превращение Кавказа в ристалище геополитических игр.
Кризис и спад армяно-турецкого процесса не привел к его политической смерти. Идеи нормализации и примирения с соседом стали частью внутреннего дискурса и в Армении, и в Турции. Сближение перешло в плоскость сложных согласований и торга как внутри самих «мирящихся» стран, так и между «большими державами», от которых зависит внешний контекст.
Если вслед за греческой "зашатаются" другие экономики еврозоны, масштабного экономического реформирования Евросоюзу не избежать, уверен эксперт Федор Лукьянов &rarr
2011 год перевернул все наши представления о том, как устроен мир. 2012 год обещает еще большие перемены.
Грузинам, которые всегда ценили свою культуру и историю, предлагается забыть о прошлом, чтобы его химеры не мешали светлому будущему.
Институт мировой экономики и международных отношений выпустил солидную монографию, которую можно назвать энциклопедией ближайшего будущего.
Российский ученый-международник Дмитрий Тренин выпустил книгу о современной России и ее месте в мире.