оссия вынужденно пошла на риск обострения отношений с Западом и с нефтяными монархиями Персидского залива. Соображения внешнеполитического позиционирования как государства, с которым нельзя не считаться, совпали с экспертными оценками региональных последствий.
Римский историк Тацит однажды точно подметил, что «лучший день после свержения плохого императора – это самый первый день». Нынешнее третье арабское пробуждение лежит на весах истории. В нем есть опасности и перспективы, опасность оказаться в застенках, но и возможность обрести свободу.
Российская недореволюция 2011–2012 гг. продемонстрировала индифферентность оппозиции к внешнеполитической проблематике. По сути, противники власти сохранили за Путиным монополию на определение и истолкование международной повестки.
Россия доказала, что, несмотря на утрату позиций на Ближнем Востоке, остается державой, в обход которой ничего не возможно сделать.
Академик Евгений Примаков, автор небольшой книги с непримечательным названием «Мысли вслух», не нуждается в представлении.
Ситуация на планете становится все более тревожной и все более многообещающей.
Отвратительная вакханалия, которую победители тирании устроили с трупом Каддафи, стала невеселым предзнаменованием того, что будет в Ливии.
Происходящее сейчас на Ближнем Востоке и вокруг него означает для Израиля потрясение геополитических основ последней пары десятилетий.
Свержение Муамара Каддафи может стать не концом, а началом настоящего ливийского кризиса, но история Ливийской Арабской Джамахирии закончена.
В недавней статье патриарх европейской конфликтологии норвежец Йохан Гальтунг, анализируя тенденции, меняющие мир, одной из основных назвал неизбежное нарастание количества мятежей.
Глобальная международная система образца 2011 г. продемонстрировала не только неготовность адекватно реагировать на изменения, которые никто не смог предсказать, но и недостаточную управляемость. В условиях нарастающей дивергенции и неопределенности утопичны рассуждения о формировании «мирового правительства» из ведущих игроков.
К середине года пыль от революций и переворотов в Северной Африке начала оседать. Во всяком случае, стало понятно, что зона региональной турбулентности, вероятно, ограничится странами, которые уже охвачены потрясениями.
Многочисленные политические и экономические объяснения причин «арабской весны» не дадут четкой картины. Понять эти события поможет лишь их оценка с точки зрения социокультурных процессов, которая позволит разглядеть не сиюминутные детали, а движение глубинных ментальных слоев.
Либерализация в Северной Африке сталкивается с двумя вызовами: угрозой джихадизма и бесправием этнических и религиозных меньшинств. Власть пытается сохранить равновесие между сдерживанием исламистов и противодействием джихадистам, с одной стороны, и замедлением демократических реформ – с другой.
Спонтанно начавшись, война в Ливии быстро превратилась в рутину.
Знаменитую «мягкую силу» Европы необходимо применить, чтобы избежать ливийской ситуации
Март – месяц, когда прогрессивному человечеству хочется кого-нибудь защитить.
Мировая политика изобилует примерами двойных, тройных и прочих стандартов, но ливийский случай выделяется даже на этом фоне.
Перемены в Египте внесли вклад не только в политическую практику, но и в политическую теорию.
В мировой политике, выражаясь по-научному, углубляется вакуум управляемости. А если по-простому - хаос.
Традиционные союзники на Ближнем Востоке, чувствуя себя брошенными, могут утратить доверие к Вашингтону или восстать против него, тогда как новые партнеры, сознавая слабость США, окажутся ненадежными. И все же надежд на положительный исход будет еще меньше, если упорно придерживаться устаревшей политической парадигмы.
Падающее воздействие великих держав создает политический вакуум на Ближнем и Среднем Востоке. Часть его заполнит Индия (в Афганистане), но в основном – на всей территории – усилится Китай. С учетом роста влияния Турции и Ирана состав игроков этого огромного региона и распределение сил будет в XXI веке больше напоминать XVII, чем ХХ столетие.
На протяжении всей современной истории Египет был и остается лидером арабского мира, центром, из которого расходятся круги политических перемен. От того, каким путем будет преодолен кризис власти в Каире, зависит геополитический расклад на всем мусульманском Востоке и в более широком глобальном масштабе.
Долгосрочное планирование издания по международной политике – занятие в современном мире довольно бессмысленное. Очередной номер был практически готов, когда стало понятно, что беспорядки в Северной Африке – не досадный эпизод, а начало фундаментальных перемен, которые докатились и до этого региона мира.
Эпоха доминирования США на Ближнем Востоке подошла к концу, в современной истории региона началась новая эра. Отныне политику будут вершить иные игроки и силы, конкурирующие за влияние.
Ближний и Средний Восток ждут в скором будущем углубление старых и возникновение новых
очагов конфликтов, доминирование США в соперничестве с Европейским союзом и во все возрастающей степени
с Китаем.
Если вслед за греческой "зашатаются" другие экономики еврозоны, масштабного экономического реформирования Евросоюзу не избежать, уверен эксперт Федор Лукьянов &rarr
2011 год перевернул все наши представления о том, как устроен мир. 2012 год обещает еще большие перемены.
Грузинам, которые всегда ценили свою культуру и историю, предлагается забыть о прошлом, чтобы его химеры не мешали светлому будущему.
Институт мировой экономики и международных отношений выпустил солидную монографию, которую можно назвать энциклопедией ближайшего будущего.
Российский ученый-международник Дмитрий Тренин выпустил книгу о современной России и ее месте в мире.