Как Россия и Китай подрывают демократию

14 октября 2018

Сможет ли Запад противодействовать угрозе?

Андреа Кендалл-Тейлор – ведущий научный сотрудник и директор Программы трансатлантической безопасности в Центре новой американской безопасности и доцент Школы дипломатической службы Джорджтаунского университета.

Дэвид Шулльман – старшый советник Международного Республиканского института.

Резюме: Своими действиями Россия и КНР бросают вызов глобальному порядку, который возглавляют США. В августе Китай принял участие в крупнейших российских военных учениях со времен холодной войны...

Своими действиями Россия и КНР бросают вызов глобальному порядку, который возглавляют США. В августе Китай принял участие в крупнейших российских военных учениях со времен холодной войны. Пока военные маневры начинались, президент РФ Владимир Путин и председатель КНР Си Цзиньпин пекли блины и пили водку во Владивостоке, демонстрируя взаимопонимание. Укрепление сотрудничества в военной сфере а также взаимодействие двух стран в международных институтах и регулярные контакты на высшем уровне, говорят об общих взглядах на мироустройство. Центральным пунктом является убежденность в том, что ослабление демократии ускорит снижение влияния Запада и будет способствовать реализации геополитических целей обеих стран.

Россия и Китай воспринимают усилия по поддержке демократии – особенно со стороны Соединенных Штатов – как плохо замаскированные попытки усилить американское влияние и подорвать политические режимы в других странах, поэтому они последовательно препятствуют продвижению западной демократии. Такая политика не нова, но ее интенсивность и масштабы меняются. С 2014 г. Россия ведет активную борьбу против западных демократий. Поскольку сегодня Москва и Пекин меряются силами с США, они считают ослабление западной демократии средством укрепления собственных позиций. Вмешательство Кремля в американские президентские выборы в 2016 г. должно было опорочить американскую демократию, чтобы Москва могла утверждать, что Вашингтон не имеет права указывать другим странам, как проводить выборы. Китайское руководство в свою очередь стремится ослабить демократические нормы, чтобы постепенно обеспечить международную легитимность ленинистско-капиталистической системы в Китае.

Подобные усилия предпринимаются уже давно, но в последнее время угрозу, которую они представляют для демократии, усугубляют два фактора. Во-первых, внешнеполитическая тактика России и Китая приобретает новую синергию. Внешняя политика России конфронтационна и авантюрна. Китай пока придерживается более умеренной и осторожной стратегии, предпочитая стабильность, которая позволяет укреплять экономические связи и усиливать влияние. Хотя два подхода существенно отличаются друг от друга и кажутся нескоординированными, в совокупности они оказывают гораздо более разрушительное воздействие на демократию.

Атаки России на демократические институты, в том числе вмешательство в выборы, распространение коррупции и кампания по дезинформации, ведут к ослаблению приверженности демократии. Но альтернативную модель успеха представляет именно Китай. Более того, он поощряет слабые демократии, которые дистанцируются от Запада. В то же время роль КНР была бы менее активной без усилий России по ослаблению демократических институтов и снижению приверженности демократии. Эта динамика особенно заметна в Восточной Европе и на Балканах, где усилия России по дискредитации демократии и ЕС осуществляются в тандеме с инфраструктурными инвестициями Китая. Например, в Сербии Россия уже давно использует влияние, чтобы препятствовать продвижению демократии. Одновременно страна занимает центральное место в транспортных проектах Китая в Европе, которые разрабатываются в рамках инициативы «Один пояс – один путь». Сербские лидеры используют китайские деньги для укрепления своих позиций в стране, предпочитая улучшение инфраструктуры без жестких условий, которые предполагает европейское финансирование. В результате возникло популярное заблуждение, что Китай инвестирует в Сербию больше, чем европейские страны. Экономические рычаги в сочетании с постоянной пропагандой недостатков Евросоюза естественно удерживают Сербию от проведения реформ по укреплению верховенства закона, которые требуются для вступления в ЕС. Несмотря на различные интересы в Сербии и отсутствие координации, усилия России и Китая подкрепляют друг друга.

Москва и Пекин также используют волну национализма и дискуссии о суверенитете, чтобы доказать: поддержка Западом демократических институтов – внешнее влияние, которому необходимо противодействовать. Китай уже давно продвигает эту идею в Юго-Восточной Азии, особенно в странах, склонных к авторитаризму, как Камбоджа, а Россия – на Ближнем Востоке. Сегодня такой посыл получил резонанс в Европе, где Москва поддерживает идеи антилиберальных популистов и силы, настроенные против ЕС, называя их патриотами и защитниками национального суверенитета. Россия активно стимулирует националистические настроения против европейской интеграции, в том числе обеспечивая поддержку Brexit и независимости Каталонии. Эти кампании способствуют достижению целей Кремля – усугубить раскол в Европе, подорвать единство ЕС и ослабить его роль в мире.

Нынешние геополитические изменения – второй фактор, повышающий угрозу для демократии, которая исходит от России и Китая. История (а также исследования Карлеса Боиса и Севы Гунитски) показывает: если мир возглавляют одна или несколько авторитарных держав, таких государств становится больше. Например, когда в начале холодной войны мощь Советского Союза возросла, авторитаризм стал распространяться по всему миру. Поражение коммунизма и триумф Соединенных Штатов, напротив, способствовали распространению демократии, а количество автократий уменьшилось. Нынешние геополитические колебания означают, что факторы, укреплявшие демократию, сегодня работают против нее, создавая условия для распространения авторитаризма. Уже давно Китай и Россия напрямую поддерживают дружественные диктаторские режимы. Чаще всего для этих целей они используют кредиты и инвестиции. Россия действовала так в Венесуэле, Китай – в Камбодже. Они предлагают финансовую помощь и оружие без всяких условий, не требуя реформ, соблюдения прав человека и верховенства закона, как Запад. Они с готовностью делятся стратегиями выживания с правительствами и лидерами, которые нуждаются в поддержке. Обе державы убеждены в опасности поддержанных Западом революций и отвечают на этот вызов, не только повышая прочность собственных режимов, но и предупреждая других об угрозе западного влияния и предлагая методы контролирования граждан и защиты от наступления демократии. Так, Китай стал экспортировать технологии слежения: китайские компании продают системы распознавания лиц и обучают, как наиболее эффективно следить за телефонными и интернет-контактами.

Геополитические изменения способствуют активизации этих усилий, Китай и Россия взаимодействуют с большим количеством стран. Подъем Китая и агрессивность России позволяют им расширять свои торговые и патронатные сети, включая в них все больше стран, – США действовали точно так же после холодной войны. В результате перед ними открывается больше возможностей для стимулирования авторитарных тенденций. Но и без учета поддержки авторитарных режимов деятельность России и Китая на международной арене способствует ослаблению демократии. Исследования показывают, что тесные связи с Западом (через программы помощи, торговлю и социальные сети) стимулировали распространение демократии и ее консолидацию после холодной войны. Рост связей России и особенно Китая сегодня увеличивает риски глобального распространения авторитаризма.

Геополитические изменения также означают, что Москве и Пекину не нужно специально продвигать авторитаризм в целях ослабления демократии. Даже без особой стратегии экспорта своих моделей госустройства подъем Китая и агрессивность России посылают мощный сигнал лидерам других стран об успешности таких моделей, одновременно меняется восприятия легитимности режимов. Путин предложил модель правления, которой готовы следовать другие. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган восхищаются тактикой Путина и используют некоторые элементы из его репертуара для укрепления своей власти. Си Цзиньпину удалось консолидировать свою личную власть, и теперь китайская политическая система похожа на российскую. Хотя существенные отличия остаются, Си Цзиньпин и Путин посылают другим лидерам мощный сигнал об успешности и желательности твердой руки во власти.

Необходимость противодействия

Западные лидеры слишком долго полагали, что глубокое недоверие и соперничество помешают России и Китаю сотрудничать. Их прогноз не оправдался. Стратегии двух стран, напротив, стали подкреплять друг друга, хотя, возможно, это получилось ненамеренно. В результате Россия и Китай укрепляют авторитарные тенденции в мире, побуждая лидеров других стран к отказу от демократии и помогая существующим авторитарным режимам оставаться у власти. Прямое противодействие антидемократическим усилиям Китая и России вред ли принесет плоды и может только активизировать их сотрудничество. Однако у Запада есть необходимые инструменты, чтобы справиться с этой угрозой. Помимо продвижения положительных примеров демократического правления США и их партнеры должны удвоить усилия по восстановлению демократической устойчивости стран в зоне риска. Для этого необходимо поддерживать и развивать журналистские расследования и институты гражданского общества, которые соберут реальную информацию о Китае и России, расскажут о влиянии авторитаризма и сотрудничестве с ним национальных лидеров. Чем прочнее в стране законодательная база, гражданское общество, политические партии и независимые СМИ, тем меньше эффективность атак на демократические институты со стороны авторитарных держав и, как следствие, привлекательность самой авторитарной модели. Сотрудничество США с их союзниками и партнерами и совместное противодействие иностранному вмешательству станет самым эффективным оружием против влияния Китая и России.

Опубликовано на сайте Foreign Affairs

} Cтр. 1 из 5