Референдум по Курдистану: вызовы и последствия

14 июля 2017

Нурхан Эль-Шейх - Профессор политологии Каирского университета; член Египетского совета по международным делам.

Резюме: Референдум по независимости Курдистана, который предположительно будет организован 25 сентября – очень важное событие, поскольку оно ещё больше осложнит и без того сложный ближневосточный политический ландшафт.

Референдум по независимости Курдистана, который предположительно будет организован 25 сентября – очень важное событие, поскольку оно ещё больше осложнит и без того сложный ближневосточный политический ландшафт. Курдская проблематика касается не только Ирака. Она затрагивает территориальную целостность Турции, Ирана и Сирии, где проживает подавляющее большинство курдов.

Хотя эти четыре страны по-разному относятся к курдам, которые в Турции считаются террористами, в Сирии – воюющими террористами, тогда как в Ираке они участвуют в управлении страной, а в Иране воспринимаются как очень проблемное меньшинство – референдум угрожает всем четырём странам.

Политическая воля правительства в Эрбиле, а именно – достижение независимости, вполне очевидна. Сыграв заметную роль в нанесении поражения ДАИШ (запрещена в РФ – ред.) в Ираке и Сирии, курды теперь надеются пожать плоды своей героической борьбы. В течение целого столетия мечта о курдском государстве владела сознанием всех курдов, и им кажется, что теперь настало время для того, чтобы воплотить эту мечту.

Но складывается впечатление, что это будет не так-то легко сделать. Ожидается, что на референдуме курды скажут «да» независимости, но, скорее всего, это не приведёт к их немедленному отделению и образованию самостоятельного государства, как в случае с Косово. Возможно, референдум будет лишь начальным шагом в повышении статуса курдов на переговорах с Багдадом и придаст легитимность призывам к независимости. Следующие шаги зависят от условий на международной арене и в регионе, которые, похоже, не благоприятствуют планам обретения полной независимости этой территории. Подобный сценарий обусловлен многими факторами.

Во-первых, это разногласия в стане курдов по поводу того, что будет после референдума. В то время как «Демократическая партия Курдистана» во главе с Барзани и правительством в Эрбиле считают референдум шагом в направлении независимости, «Патриотический союз Курдистана» и «Движение за перемены» с центром в Сулеймании не видят этого. Даже сильный союзник Массуда Барзани Хошияр Зебари указал 9 июня, что ожидаемый положительный ответ на главный вопрос референдума по независимости курдов усилит позиции Курдистана на переговорах с Багдадом, но не приведёт автоматически к отделению от Ирака. «Мы не говорим о независимости. Мы говорим о референдуме», – сказал он.

Во-вторых, иракское правительство отказывает Курдистану в независимости, считая его первым шагом к распаду Ирака. Багдад никогда не смирится с потерей такого важного региона с огромными запасами нефти, которые оцениваются в 40–45 миллиардов баррелей. Однако Багдаду нелегко применить силу против Эбриля с учётом эффективности и силы курдских войск, передовых вооружений и адекватного финансирования курдской армии, не говоря уже об ожидаемой западной критике в случае использования Багдадом силы против курдов.

В-третьих, главные региональные державы возражают против независимости Курдистана. Несмотря на тесные связи с Эрбилем и Барзани, Турция категорически не согласна предоставить Курдистану независимость, считая это «серьёзной ошибкой». Независимость Курдистана вдохновила бы турецких курдов (14–20 миллионов человек) на усиление вооружённой борьбы за независимость. Хотя Турция раньше уже осуществляла военное вмешательство в регион Курдистана, с целью преследования «Рабочей партии Курдистана» (РПК), вряд ли она силой будет подавлять стремление к независимости. Сильное экономическое давление станет более приемлемой тактикой для Турции, поскольку с его помощью она сможет свести на нет любые попытки обретения независимости. В Курдистане работает более 500 турецких компаний. Торговый оборот между Турцией и Курдистаном достигает 10 миллиардов долларов. Турецкий порт Джейхан – это также главный терминал для экспорта курдской нефти, который достигает одного миллиона баррелей в сутки. Таким образом, любое экономическое давление со стороны Турции будет болезненно для Курдистана. Применение силы остаётся последним и нежелательным средством принуждения с точки зрения Турции.

Иран также не приемлет идею независимости Курдистана и считает, что референдум создаст новый очаг напряжённости в регионе. Тегеран беспокоится о возможных последствиях независимого Курдистана в Иране, где курдское меньшинство (8 миллионов человек) также требует независимости. Несмотря на угрозы Ирана в адрес Курдистана и курдской оппозиции, Тегеран находится не в том положении, чтобы осуществлять военную интервенцию в регионе.

Это потенциально улучшит стратегическое взаимопонимание и взаимодействие между Тегераном и Багдадом, а также между ними и Турцией с учётом общей угрозы, которую независимость Курдистана представляет для всех трёх стран. Хотя, с другой стороны, Израиль и некоторые арабские страны, находящиеся в состоянии конфронтации с Ираном, могут поддержать независимость Курдистана без его формального признания.

В-четвёртых, западные державы, похоже, не готовы немедленно признать независимость Курдистана, как это они сделали в случае Косово. Наиболее противоречива позиция США. Вашингтон поддерживает курдов и вооружает их в Сирии и Ираке для совместной войны с терроризмом. Он признает «законное право» курдов на самоопределение. Референдум – это также важный шаг в реализации планов США в Ираке и регионе в целом. Вашингтон хочет, чтобы Курдистан стал военной базой для американских войск и тем терном, с помощью которого он мог бы оказывать давление на турецкое и иракское правительство. Конечно, это разгневало Турцию, традиционного союзника США. Признание Вашингтоном независимости Курдистана серьёзно повредило бы американо-турецкому альянсу, который и без того переживает кризис после попытки военного переворота в Турции.

Министр иностранных дел Германии выразил опасения европейцев по поводу последствий референдума. Он предостерёг от «односторонних шагов, которые могли бы усугубить и без того шаткие отношения между Эрбилем и Багдадом». Германия – главный партнёр иракских курдов, поддерживающий их вооружениями и военными инструкторами. В Эрбиле дислоцировано 130 немецких военных инструкторов, обучающих войска курдской «Пешмерги».

Что касается России, то, поскольку Москва поддержала право Крыма на самоопределение, она не может отказать в том же праве Курдистану. В этом контексте лучшей альтернативой можно считать ускорение диалога и переговоров между Курдистаном и иракским правительством о самой широкой автономии и самоуправлении для иракского Курдистана. Нужно также разработать конкретное предложение о статусе сирийских курдов во взаимодействии с Турцией, Ираном и Багдадом.

Международный дискуссионный клуб «Валдай»

} Cтр. 1 из 5