Политика умиротворения и вооруженные силы

18 ноября 2004

Эрнест Пастернак

Резюме: Опыт многих стран, столкнувшихся с локальными «конфликтами низкой интенсивности», свидетельствует: победа в таком конфликте означает не физическое уничтожение противника (как в обычной войне), а создание условий, в которых повстанцы уже не смогут достигнуть своих политических целей.

Целый ряд стран мира, в первую очередь Соединенные Штаты, а также Великобритания, Франция и Южно-Африканская Республика, приобрели уникальный опыт борьбы с вооруженными формированиями и по нормализации политической обстановки в местах проведения крупномасштабных военных операций. Их наработки в области реализации  политики умиротворения имеют универсальную ценность. Особенно актуальны они для России, поскольку урегулирование чеченского кризиса является одной из наиболее приоритетных задач нашей страны.

Конфликты, подобные чеченскому, в США принято относить к «конфликтам низкой интенсивности» (КНИ, Lower-intensity conflicts), то есть таким формам вооруженного противостояния, которые по уровню своей интенсивности уступают войне (1 000 смертей в год). Данное понятие получило распространение среди американских  специалистов в конце 1970-х годов, а в 1980-х было издано Наставление армии США «Конфликты низкой интенсивности» (The U.S. Army's training manual FC 100-20).

 

Согласно детально разработанной Пентагоном доктрине применения вооруженных сил в конфликтах низкой интенсивности, основными функциями армии США в таких случаях прежде всего являются: обеспечение внутренней обороны иностранного государства, борьба с терроризмом, проведение миротворческих операций, проведение чрезвычайных операций невоенного характера.

 

ВНУТРЕННЯЯ ОБОРОНА И ГРАЖДАНСКИЕ ОПЕРАЦИИ ВС

 

«Внутренняя оборона, – разъясняется в наставлении армии США "Конфликты низкой интенсивности", – включает в себя все меры, осуществляемые правительством для защиты общества от подрывных действий, беззакония и активности повстанцев. Цель их реализации – создать атмосферу внутренней безопасности и отно-сительного мира». По сути, перед армией США ставится задача стабилизировать внутриполитическую обстановку в странах Третьего мира, в отношении которых США предпринимают ограниченные вооруженные акции. В военно-теоретическом плане концепция внутренней обороны представляет собой усовершенствованный вариант методик подавления крупномасштабных антиправительственных выступлений с использованием насилия. Она подразумевает реализацию военных и гражданских программ по противодействию антиправительственным вооруженным формированиям, а также по работе с местным населением.

Основным элементом внутренней обороны являются мероприятия, чаще всего упоминаемые в нормативных документах Министерства обороны США под названием «гражданские операции вооруженных сил» (military civic action). Речь идет о «необходимости привлечения преимущественно местных вооруженных сил к участию в проектах, затрагивающих интересы всех слоев населения в таких областях, как образование, профессиональное обучение, общественные работы, сельское хозяйство, транспорт, связь, здравоохранение, санитария, и других видах деятельности, способствующих экономическому и социальному развитию, а также улучшению взаимоотношений населения и вооруженных сил». Предоставление консультаций местным лидерам по вопросам управления, контроль за перемещением населения, действия по его изоляции от повстанцев и прекращение доступа последних к различным ресурсам, меры по обучению и оснащению местного населения в целях самообороны – все это является гражданскими операциями. Но главное – это меры, которые помогут правительству получить поддержку населения в противостоянии повстанцам, а именно: реализация программ, направленных на повышение уровня жизни и информированности общества, и проведение «психологических операций». То есть армия, полиция и спецслужбы добиваются восстановления такого уровня безопасности в стране, который позволяет приступить к выполнению заранее объявленных экономических, политических и социальных программ, в успехе которых объективно заинтересовано все население.

 

Эксперты ООН, так же как и военные специалисты США, полагающие, что основным объектом воздействия в КНИ является народ, рекомендуют прикомандировывать к воинским контингентам, осуществляющим акции умиротворения, гражданских специалистов: психологов, этнографов, юристов и пр. Выбор специалистов зависит от конкретной ситуации. Еще в ходе  силовой акции такие специалисты могли бы готовить предложения по наиболее эффективным путям стабилизации обстановки в постконфликтный период.

 

Проведение гражданских операций является обязанностью командиров армии США всех степеней. Это весьма непростая задача, поскольку она связана с системой «военные – гражданские власти территории – местное население» и ее приоритеты меняются в зависимости от эволюции повстанческого движения.

 

Так, когда условия, благоприятные для появления группировок, делающих ставку на насилие, только формируются, наиболее важно своевременно реализовать комплекс социально-экономических мероприятий, которые позволят предотвратить выход повстанческой активности из скрытой фазы. Тогда появится возможность не отвлекать на борьбу с мятежниками военные ресурсы и задействовать их на приоритетном направлении – в работе над гражданскими проектами. Иными словами, задачей правительства является перехватить инициативу у повстанцев и приступить к проведению в стране (на территории) преобразований, необходимых простым людям. Не допустить отчуждения народа страны от ее правительства – это  главное условие успешной контрпартизанской борьбы, считают амери-канские специалисты по конфликтам низкой интенсивности.

 

Когда же партизаны переходят к открытой борьбе, гражданские операции должны быть направлены прежде всего на достижение двуединой стратегической цели – защиту безопасности населения и завершение военной фазы таким образом, чтобы исключить в будущем вооруженное противостояние между правительством и повстанцами. В условиях активных боевых действий обычный объем гражданских операций военных существенно сокращается, но сохраняется их обязательный минимум, предусматривающий оказа-ние медицинской помощи больным и раненым гражданским лицам, распределение продуктов питания и одежды, предоставление убежищ для беженцев, оказавшихся в опасных зонах. К участию в гражданских операциях следует активно привлекать церковь, деловые круги и частных лиц, поскольку это создает определенные предпосылки для формирования общественного консенсуса. Весьма важно, чтобы была обеспечена возможность завуалировать (тогда, когда это необходимо) тот факт, что финансирование социальных мероприятий в рамках гражданских операций военных осуществляется  в основном  правительством.

 

 ДЕМОНСТРАЦИЯ ДОБРОЙ ВОЛИ

 

Сравнительный анализ документов, разработанных в ЦРУ (методика дестабилизации внутриполитической обстановки в стране) и Министерстве обороны США (рекомендации по проведению тайных операций в целях защиты проамериканских режимов в «дружественных странах»), показывает, что при реализации двух различных задач приоритетными объектами воздействия считаются гражданское население и структуры государственного механизма принуждения.

 

Американские военные специалисты, принимавшие участие в вооруженной акции США в Панаме, отмечают, что там, где это возможно, гражданские операции армии должны осуществляться в рамках долгосрочной программы умиротворения. Главная цель данной программы на первых фазах развития конфликта – добиться, чтобы военные действия не приводили к возрастанию враждебности населения по отношению к правительству. Поэтому в зонах ведения боевых действий военные оказывают помощь местному населению до тех пор, пока это не будет по силам гражданским властям.

 

Такие акции, как ремонт разрушенных в ходе боевых действий домов, медицинская помощь, распределение продуктов и одежды, должны продемонстрировать добрую волю гражданских властей еще до их прибытия в конфликтную зону и подготовить лояльное отношение местного населения к предстоящим  политическим преобразованиям. Так, в наставлении ЦРУ «Психологические операции в партизанской войне», в частности, указывается: «Для достижения цели (улучшение отношений вооруженных сил с местным населением) необходимо каждый раз, когда для этого предоставляется воз-можность, отождествлять себя с народом». В сельской местности, например, рекомендуется «работать бок о бок с местным населением, помогать ему в строительстве, в ловле рыбы, чинить крыши, доставлять воду в деревню и т. п.». А в специальном докладе американских экспертов «Реальная война: конфликт низкой интенсивности в Центральной Америке» откровенно говорится о том, что наиболее эффективный механизм воздействия на гражданское население в целях его контроля – это «использование поставок продовольствия, одежды и медицинских препаратов... под видом политически нейтральной гуманитарной помощи».

Гражданские операции в зонах партизанской активности требуют особого внимания и к целенаправленному использованию военных инженеров и медиков. В этой связи подразделения, задействованные в акции, должны иметь дополнительное оборудование и специалистов. На инженерные войска, к примеру, возлагаются задачи развития социально-экономической инфраструктуры, в том числе строительство дорог, возведение мостов и легких сооружений (рынки, школы), бурение скважин для обеспечения местного населения питьевой водой. Как рассказывал Фил Босси, начальник Объединенного центра армии и ВВС США по проблемам конфликтов низкой интенсивности, действовавшего в период с 1986 по 1996 годы, американские войска, размещенные в Гондурасе для поддержки никарагуанских «контрас», при проведении совместных маневров с вооруженными силами этой страны Blazing Trails-87 пытались завоевать доверие местного населения, помогая ему в строительстве дорог, мостов и в сфере профессионального обучения. Здесь, а также в других странах Центральной Америки в больницы местных населенных пунктов направлялись бригады военных медиков для подготовки персонала.

 

РАБОТА С МЕСТНЫМ НАСЕЛЕНИЕМ

 

Работа с населением – неотъемлемая и приоритетная часть стратегии стабилизации. Ликвидация сил сопротивления (повстанцев) военно-полицейскими методами повышает доверие к правительству, однако,  чтобы предотвратить воспроизводство повстанцев, необходимо устранить условия, порождающие социальное недовольство, и  соответственно тех, кто выражает его с оружием в руках. Именно поэтому так важна реальная помощь простым людям, но поскольку в чрезвычайной обстановке всегда не хватает средств на осуществление политических, экономических и социальных мер, то помощь оказывается в первую очередь старикам, детям, инвалидам, раненым, а также безусловно лояльным лицам.

 

Наиболее значительная проблема в работе с населением в период стабилизации – превращение отдельных граждан, семей и групп в сообщество людей, объединенных единой общегосударственной целью. Для этого по инициативе и при поддержке правительства создаются различные территориальные (в границах штата, провинции, зоны, города, района) организации и объединения, многие из которых служат каналами прямой связи между правительством и населением.

 

В восстановительный период невозможно полностью предотвратить насилие со стороны участников сопротивления. Тем не менее, согласно рекомендациям специалистов Пентагона, властям не следует реагировать на вылазки экстремистов крупномасштабной боевой операцией: эта тактика, как правило, контрпродуктивна. Уровень насилия, к которому прибегают власти, должен быть минимальным и зависеть от поставленной задачи: либо удержать экстремистов в пределах определенной территории, либо ограничить их во времени. При этом власти должны сопровождать все свои операции пропагандистскими кампаниями, обеспечивающими им общественную поддержку. Опыт показал, что в подобных ситуациях особенно эффективны организации, созданные при негласной поддержке или прямом участии правительства и объединяющие людей, которые недовольны социально-политическим положением в стране, но стремятся изменить его ненасильственным путем.

 

Вместе с тем, чтобы держать население под контролем, в рамках гражданских операций осуществляется комплекс мер из арсенала полиции и иных правоохранительных органов, в частности:

 

– скрытое или демонстративное наблюдение за населением на территории проведения акции;

– контроль над передвижением людей, в том числе беженцев, и  перемещением материальных средств, создание пропускных пунктов на дорогах, обеспечение соблюдения комендантского часа, проведение облав;

– организация выдачи местному населению временных документов;

– рационирование потребления и контроль над ценами на продукты первой необходимости.

 

По мнению американских военных специалистов, обобщивших опыт участия США в конфликтах низкой интенсивности, из всех сил, профессионально предназначенных для противодействия экстремистам (спецслужбы, полиция, армия, полувоенные формирования), основной является полиция. Наибольший ущерб повстанцы наносили именно в тех государствах, где отмечалась слабая работа полиции, что, в свою очередь, обусловливалось, как правило, двумя факторами: неудовлетворительной профессиональной подготовкой и коррумпированностью личного состава.

 

Полиция ближе других органов принуждения находится к очагам недовольства и противоправной деятельности. При правильном подходе к работе полиции оказывается, что она гораздо лучше, чем военные, подготовлена, организована и экипирована для противо-действия экстремистским формированиям на начальных фазах их активности. Таким образом, полиция обеспечивает превентивное устранение угроз. Кроме того, психология людей такова, что меры, ограничивающие их права, воспринимаются ими лучше, если применяются местной полицией, а не боевыми частями армии.

 

Чтобы действия вооруженных сил США  не рассматривались как произвол, информация о придании армейским подразделениям и правоохранительным органам дополнительных прав в чрезвычайной обстановке должна незамедлительно доводиться до сведения граждан. Необходимо, чтобы местное население знало: все меры, ограничивающие права человека, являются вынужденной реакцией на действия повстанцев и будут отменены с прекращением партизанских вылазок.

 

Анализ мирового опыта умиротворения заставляет обратить вни-мание на необходимость эффективно защитить граждан, выразивших готовность сотрудничать с законными властями. Именно эта категория населения становится первоочередным объектом актов террора и насилия со стороны антиправительственных объединений. Наиболее характерен в этом отношении пример никарагуанских «контрас», которые действовали в соответствии с разработан-ной американцами методологией дестабилизации внутриполитической обстановки и построили свою стратегию на моральном и физическом терроре в отношении граждан, участвовавших в общественных программах, распределении помощи и создании сил самообороны. Объектами запугивания при этом стали как должностные лица, так и наиболее авторитетные у местных жителей граждане, например священники, поддержавшие центральное правительство.

 

Еще более изощренная тактика применяется сегодня антиправительственными силами в Ираке. Почти ежедневно поступают сообщения о нападениях террористов на полицейские участки и правительственные учреждения. Не прекращаются захваты заложников, в том числе и иностранцев, работающих на гражданских объектах.

 

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОПЕРАЦИИ

 

По мнению американских специалистов, важным условием достижения успеха в военных операциях на уровне КНИ является пропагандистская работа, квалифицируемая в американской военной терминологии как психологические операции. Они проводятся для воздействия на повстанцев, противоборствующие им контингенты вооруженных сил, нейтральные политические группировки, равно как и на внешние силы, поддерживающие повстанцев. Но их главным объектом становится гражданское население, и в первую очередь та его часть, которая к началу акции не определила свои политические предпочтения. К приоритетным объектам психологической обработки относятся  врачи, учителя, священники, бизнесмены, юристы, землевладельцы, чиновники – словом, все, кто пользуется влиянием на местном уровне. Как указано в наставлении ЦРУ «Психологические операции в партизанской войне», партизанская война – это война политическая,  основной целью которой является человек. Такой подход «превращает операции по психологическому воздействию в решающий фактор, предопределяющий исход партизанской войны».

 

В отличие от других пропагандистских мероприятий, проводимых различными службами США, психологические операции направлены на формирование позитивного отношения и привлечение внимания населения к программам, которые не просто планируются правительством или местными властями, а уже реализованы.

 

Психологические операции осуществляются в соответствии с заблаговременно подготовленным директивным планом, на основании которого военные и гражданские власти на местах разрабатывают свои проекты с учетом локальной специфики. Планы согласовываются с зональными координационными центрами.

 

Как правило, простейшая психологическая операция на уровне КНИ строится по определенной схеме. Сначала внимание населения привлекается к одной из проблем, наиболее успешно решенных благодаря какой-либо программе в рамках гражданских операций военных. Затем речь заходит о том, что активность повстанцев угрожает продолжению этой программы,  и, особенно, о том, что конкретно в данной ситуации нуждается в защите. Психологические операции включают в себя расклеивание листовок и плакатов, передачу теле- и радиосообщений, устное распространение сведений. Последнее, по наблюдению американских военных специалистов, наиболее эффективно, и если те или иные сведения распространяются  специально подготовленными людьми,  которые одновременно фиксируют реакцию собеседников на услышанное, то это становится важным источником оперативной информации. В Центральной Америке наиболее успешными оказались психологические операции, которые предварялись тщательным изучением объектов воздействия, а именно анализом настроений отдельных групп людей.

 

Определенный практический интерес может представлять  опыт психологической обработки молодежи в Сальвадоре, где психологические операции, проводившиеся местными силами безопасности и военными в соответствии с американскими рекомендациями, преследовали такие цели, как проведение под видом образовательных программ контрпропагандистских кампаний по дискредитации идеологической платформы прокоммунистических вооруженных формирований, создание «бригад патриотической молодежи» (по 90 человек в каждой) в расчете на их возможное использование в качестве полувоенных формирований, сбор оперативной информации при непосредственном контакте сил безопасности с большими группами молодых людей.

 

Нередко контрпартизанские акции с участием регулярных  армейских подразделений проходят в городах. В этих случаях основное внимание при проведении психологических операций следует уделять людям и органам, которые формируют общественное мнение и способны помочь как в разъяснении целей военных, так и в обеспечении благо-приятного восприятия населением  их действий. Одновременно на протяжении всей операции ведется индивидуальная работа с личным составом: каждый военнослужащий должен понимать, в чем состоит его роль в решении поставленной перед войсками  задачи. «Успех военных операций, – говорится в армейском наставлении, – может зависеть от способности командиров предвидеть психологические и политические последствия действий, предпринимаемых их подразделениями».

 

ОСНОВЫ УМИРОТВОРЕНИЯ

 

Опыт, полученный Америкой в ходе войны во Вьетнаме и вооруженных акций в государствах Третьего мира, анализ истории колониальных войн, которые вели европейские страны, позволили американским специалистам свести воедино «руководящие принципы» проведения в странах и на территориях, где действуют организованные повстанческие движения, операций по умиротворению в рамках  разрешения конфликтов низкой интенсивности. Эти принципы заключаются в следующем:

 

  • при проведении крупномасштабных противоповстанческих операций основным объектом воздействия является население страны (территории);
  • усилия спецслужб, полиции и вооруженных сил в равной мере направлены  на противодействие повстанцам и работу с местным населением;
  • ликвидация источников материально-технического снабжения повстанцев и устранение политических, экономических, социальных и иных условий, способствующих  появлению и существованию  экстремистских движений, являются более приоритетными задачами, чем уничтожение их боевых формирований;
  • оказывая дружественному государству помощь в ликвидации повстанческого движения и направляя туда свои войска, Америке следует стремиться завоевать доверие местного населения, однако главная ее цель должна состоять в обеспечении поддержки этого шага со стороны общественности в самих Соединенных Штатах;
  •  насилие, если оно необходимо для противодействия повстанцам, должно  во всех случаях быть ограничено минимальным уровнем и применяться специально подготовленными и высоко дисциплинированными подразделениями;
  •  система мер по противодействию силам сопротивления разрабатывается и доводится до сведения населения не как реакция на вылазки экстремистов, а в превентивном порядке; при этом речь может идти только о реально осуществимых мероприятиях;
  •  все территориальные программы развития в рамках гражданских операций вооруженных сил должны преследовать цель политического объединения народа страны;
  • для постоянного информирования населения о запланированных программах развития и промежуточных результатах их реализации на соответствующей территории создается специальный орган;
  •  политика умиротворения подразумевает, что задачи по обеспечению государственной безопасности, социальному развитию, вос-становлению политической стабильности и достижению экономического роста решаются на всех уровнях;
  •  программы развития планируются и реализуются таким образом, чтобы их эффективность возрастала с участием в них местного населения;
  •  правительство предоставляет общественности конкретные доказательства того, что тем, кто недоволен ситуацией в стране, выгоднее сотрудничать с властями, а не поддерживать силы сопротивления;
  •  в восстановительный период борьба с повстанцами имеет ограниченный характер: она не направлена ни на их полное уничтожение, ни на нанесение им максимальных потерь и предполагает прежде всего нейтрализацию или сдерживание  повстанческой активности до уровня, исключающего возможность ее распространения по всей стране и не требующего привлечения крупных сил и средств.

Если в обычной войне поставленная стратегическая цель достигается прежде всего с помощью военного компонента мощи государства, то в конфликте низкой интенсивности военная сила применяется в ограниченных масштабах и призвана способствовать решению политических, экономических, пропагандистских и иных задач. Таким образом, традиционная функциональная роль воинских контингентов в КНИ, в частности в такой их разновидности, как противоповстанческие операции, с самого начала ориентирована на обеспечение лояльности местного населения и создание благоприятного общественного климата. Поэтому рассматривать конфликты низкой интенсивности в качестве «уменьшенных копий больших войн», как это делали в США, ошибочно.

 

Наоборот, успех применения силы в конфликте низкой интенсивности зависит от осознания по меньшей мере двух его особенностей. Первая: подразделения,  осуществляющие силовые акции против антиправительственных формирований, должны быть подготовлены для выполнения таких специфических задач, решение которых в обычной обстановке по большей части входит в обязанности гражданских властей. И вторая: «победа» в конфликте низкой интенсивности означает не физическое уничтожение противника (как в обычной войне), а создание в стране или на территории таких новых условий, в которых достижение повстанцами своих политических целей становится практически невозможным, а населению предлагаются мирные, более предпочтительные способы решения его проблем.

Последнее обновление 18 ноября 2004, 19:17

} Cтр. 1 из 5