Спящий пожарный

22 сентября 2016

О том, как меняется представление о роли США в мире среди американских политиков

Фёдор Лукьянов - главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Научный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай». Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Резюме: Судьбоносность приближающихся выборов, скорее всего, преувеличена. Кто бы ни победил, это не будет сломом системы, Хиллари не сможет вернуться в желанные девяностые, а Трамп — в любимые им пятидесятые.

Ровно 12 лет назад, в разгар очередной избирательной кампании в США, автор этих строк присутствовал на конференции в Нью-Йорке по международным отношениям. За место в Овальном кабинете боролись тогдашний президент Джордж Буш-младший и нынешний госсекретарь, а тогда сенатор Джон Керри. Дело происходило спустя полтора года после вторжения в Ирак, организатором форума выступал солидный академический журнал очень левого (по американским меркам) толка, и большинство участников мероприятия кляли собственную власть и заклинали высшие силы и избирателя избавить Америку от зла по имени Буш.

В разгар дискуссии в зале поднялся представитель одной из африканских стран и предложил: «Коль скоро человечество так зависит от того, кто будет президентом Соединенных Штатов, давайте весь мир и будет его выбирать».

Это вызвало не смех (оратор, кстати, говорил совершенно серьезно), а бурное одобрение. Немудрено — Джордж Буш к тому моменту был весьма непопулярен на международной арене и в случае «вселенского» голосования шансов бы не имел. В отличие от собственной страны, где он через месяц переизбрался еще на четыре года. А вот в 2008 году результат американского и гипотетического всемирного голосования совпал — Барак Обама набрал бы в планетарном масштабе еще больше, чем в США.

Сама постановка вопроса наглядно отражает восприятие ситуации, существовавшей после «холодной войны». Нравился или нет кто-то из кандидатов, не было никакого сомнения, что в случае победы он будет главным политиком мира. Сейчас во всех странах снова следят за американской кампанией затаив дыхание, и не только потому, что специфический набор кандидатов добавляет интриги. Впервые за четверть века соперники заметно отличаются по своим представлениям о том, какую роль Америка должна играть на международной арене.

Пока аксиому глобального лидерства Соединенных Штатов ставили под сомнение какие-то внешние игроки, это считалось атавизмом старого подхода, издержками исторически необратимого процесса распространения свободы и демократии, который начался четверть века назад. Появление «пятой колонны», то есть вполне многочисленных социальных слоев на Западе, которые не понимают, зачем вообще нужно прилагать столько усилий вовне, к транснациональному позиционированию, если так много проблем внутри, стало потрясением основ. Поэтому нынешняя кампания своеобразна. Она, естественно, обращена к избирателю, но направлена и на внешнюю аудиторию, которую надо убедить, что отказа Америки от глобального лидерства не будет. Правда, отсутствует четкое понимание того, как его дальше осуществлять.

На этой неделе любопытная заочная полемика развернулась между двумя видными представителями «интернационалистов», сторонниками активного участия США в мировых делах — Бараком Обамой, который выступил с отчетной (последней на президентском посту) речью перед Генассамблеей ООН, и бывшим генеральным секретарем НАТО Андерсом Фогом Расмуссеном, который опубликовал статью в The Wall Street Journal.

Выступление в ООН очень типично для Обамы. Он подчеркивает совершенно особую миссию и роль своей страны, называет ее «силой добра» («Америка — редкий для истории человечества тип сверхдержавы, поскольку она всегда стремится мыслить не в узких рамках собственных интересов»), перечисляет, как много она дала человечеству. Но постоянно делает оговорки. Мол, мы не всесильны, однополярное устройство — не норма, а исключение, мы допускали ошибки. Многие люди не удовлетворены своим положением, и это свидетельствует о необходимости корректировать наш курс… Двойственность, стремление к взвешенному подходу показывают, что Обама лучше многих соотечественников отдает себе отчет в сложности и неодномерности современного мира.

Однако то, что является достоинством для академического ученого, редко идет на пользу публичному политику.

Обама, начинавший как олицетворение новой эры, все время пытается снизить ожидания, объяснить отсутствие простых схем, в то время как от него ждут четкой и обещающей ясный результат позиции. Подчеркнутая, а иногда и преувеличенная рациональность Барака Обамы, его нелюбовь к резким шагам, стремление по возможности найти компромиссный путь, в принципе, противоречат американской политической культуре, где ценится способность идти с открытым забралом. В итоге недовольны и разочарованы все — не только противники, беспрестанно обвиняющие рассудительного главу государства в слабости и уклончивости, но и сторонники, полагающие, что он сделал слишком мало.

Расмуссену как раз все понятно, как и любому идейному неоконсерватору: «Нежелание администрации Обамы быть мировым лидером имеет серьезные последствия».

Угрозы множатся, поднимают голову «деспоты, террористы и изгои», наглеет Россия, примеряется к глобальной власти Китай, кто-то должен положить всему этому конец.

«Миру нужен такой полицейский, чтобы свобода и процветание восторжествовали над силами угнетения, и единственный способный, надежный и желанный кандидат на такой пост — Соединенные Штаты». Датчанин призывает США проснуться. Всерьез анализировать статью необходимости нет — это агитационная листовка, адресованная американскому избирателю (так прямо указано в тексте).

Трудно удержаться только от одного комментария: среди проблем, требующих вмешательства Америки во имя спасения порядка и тушения пожара («нам нужен пожарный», пишет автор), названо то, что «в Северной Африке распалась Ливия, ставшая рассадником терроризма». Не знаю, кто надоумил бывшего генсека НАТО привести именно этот пример, но на фоне реальной истории «пожара» в Ливии он отдает каким-то безграничным цинизмом.

Обама и Расмуссен сходятся в одном: нельзя допустить, чтобы в Америке возобладал изоляционистский подход. Соответственно оба они участвуют в избирательной кампании на стороне Хиллари Клинтон. Правда, Обама, который говорит о людях, потерявших уверенность в будущем, пытается обратиться как раз к потенциальным избирателям Трампа, дать им понять, что истеблишмент понимает их тревоги. Барабанная дробь Расмуссена адресована тем, кого, скорее всего, и так убеждать не надо, видимо, просто для закрепления. Хотя, возможно, дело и серьезнее — сдвиг социально-политической парадигмы, который явно происходит и в Америке, и во всем мире, означает, что раскалываться будет и правящий класс.

Судьбоносность приближающихся выборов, скорее всего, преувеличена. Кто бы ни победил, это не будет сломом системы, Хиллари не сможет вернуться в желанные девяностые, а Трамп — в любимые им пятидесятые.

Инерция государственной и политической машины велика, несмотря на ее явную растерянность перед лицом непрогнозируемой реакции масс. Однако постепенный переход в другую фазу неизбежен. Он начался с Обамы, пытавшегося совмещать традиционные лозунги с другой политикой. Продолжится при следующем президенте, вероятно, обретет какую-то новую форму уже в 2020-е годы. Если, конечно, преемник осмотрительного Обамы не переусердствует с тем, чтобы доказать Андерсу Фогу Расмуссену, что Америка больше не спит.

Газета.Ру

} Cтр. 1 из 5