Россия в глобальной политике

Мягкая сила измеряется не только охватом вещательного канала и числом заявлений о величии культуры; она начинается там, где кто-то за границей принимает решение в вашу пользу, потому что ему так выгоднее. Суверенитет работает по той же схеме. Право сказать «нет» есть у любого государства, включая полностью несостоятельные. Способность быть нужным есть далеко не у всех.

В условиях отсутствия реального стратегического инвестора, способного компенсировать Москве вложенные в ЮКЖД средства, нынешнее армянское руководство рискует столкнуться с ещё более жёсткими экономическими контрмерами со стороны России. На фоне хронического дефицита национального бюджета попытка односторонней «национализации» железной дороги выглядит для Еревана как акт экономического самоубийства.

В 2014 г. в геополитическое пространство ближневосточного региона, и без того тесное, ворвалась йеменская группировка «Ансар Алла», обычно называемая хуситами. Нынешний виток конфликта на Ближнем Востоке, связанный с противостоянием американо-израильской коалиции и Ирана, вывел статус хуситов на качественно новый уровень влияния и вовлечённости в ближневосточные процессы.

Мы должны вернуть в наши умы и души страх перед ядерным оружием, страх ада. Мы должны использовать этот страх ада, потому что наши – по крайней мере европейские партнёры – потеряли его. Возможность ядерной эскалации между Россией и США не так пугающа, если нам придётся применить ядерное оружие в Европе. Но не дай Бог.